— Мне остается лишь пожалеть, что сейчас я не могу встать с этой чертовой постели и как следует с тобой попрощаться, милая, — пробормотал Кайл, провожая ее горящим лихорадочным взглядом.


Очутившись, наконец, в безопасности коридора, Белла смогла перевести дух.

«Нахал. И поделом ему, надо было сказать, кто я такая… Боже мой, Люк мой отец, это невероятно!»

Быстро проскользнув в свою темную комнату, девушка скинула платье и нырнула в прохладу постели. Мысли не желали оставлять ее в покое, вновь унося к разговору за ужином.

Но девушка упрямо гнала их прочь, еще не определившись толком, хочет ли она быть дочерью сурового и чопорного графа или же при первой возможности удерёт из замка и вновь будет свободна.

Сон ее был беспокойным, она просыпалась среди ночи, напряженно прислушиваясь к тишине, но ничто не тревожило покой замка.

Разбудил ее ласковый солнечный лучик, пробравшийся сквозь неплотно задернутые шторы и нещадно опаливший прикрытые веки. Она потянулась, сладко зевнула и открыла глаза. На губах ее впервые за многие годы на ее губах появилась радостная улыбка.


Завтрак прошел оживленно. Граф, одетый в красивый камзол и выглядевший посвежевшим, неспешно поглощал овсяную кашу с таким видом, словно это было самое вкусное лакомство. Беладонна не появилась, может быть, еще не проснулась, решила Изабель, без всякого аппетита ковыряясь в своей тарелке.

Она ничего не имела против овсянки, но за размышлениями совсем забыла о том, что находится за столом и потому произнесла это вслух. Услышав звук отодвигаемого стула, девушка подняла глаза и встретила внимательный взгляд голубых глаз.

— Вы что — то сказали, Ваша светлость? — решила опередить графа проказница, отвлекая его от неминуемой расправы над собой за подобное неуважение к злополучной каше.

— Как Вам спалось на новом месте, юная леди?

— Спасибо, я спала, как убитая, — с легкостью солгала Белла, с досадой ощутив, что по щекам расползается румянец.

Вспомнив о том, какие сновидения ее тревожили, она поспешно отвела взор, сосредоточив его на тарелке с плюшками. Почему — то мимолетное сожаление о том, что милорд Шервуд не присутствовал за столом (может быть, он и вовсе уже уехал?) прибавило настроению грусти.

— Кайл отзывается о Вас весьма льстивыми словами, — холодно произнес граф, — и мне это совсем не по вкусу, леди. Хочу Вас предупредить, что от моего брата Вам следует держаться как можно дальше. Он не из тех, кто считает себя истинным джентльменом, и поверьте мне, никогда не станет заботиться о Вашей репутации, ибо я знаю его, как облупленного. Все деревенские дурочки по нему вздыхают, надеясь, что он обратит на них внимание. Ко всему прочему, он не поверил в то, что Вы моя дочь, а значит, постарается сделать все, дабы добиться от Вас привязанности.

— Зачем Вы мне это говорите? Милорд Кайл для меня не более, чем старший брат… Образно выражаясь, Люк, — беспечно пожала плечами Изабель. Встав из — за стола, девушка добавила, — мне бы хотелось прогуляться по окрестностям, Ваша светлость, не желаете составить мне компанию?

— Милорд Шервуд, — следом за ее просьбой объявил появившийся в столовой лакей, вытянувшись по струнке.

Граф нетерпеливо махнул рукой, отпуская его, и паренек торопливо исчез, обрадованный тем, что не пришлось выслушивать недовольный выговор хозяина по поводу прибытия приятеля Кайла. Изабель заметно оживилась, почувствовав, как щеки нестерпимо запылали.

— Милорд Адриан пришел навестить Кайла? Позвольте мне его поприветствовать? — скромно потупив взор и нетерпеливо ёрзая на стуле, попросила она.

— Ступайте, леди и не забывайте о том, что я Вам сказал, — милостиво разрешил граф, пряча лукавую улыбку, — может быть, Адриан согласится сопроводить Вас на прогулку, но, ради всего святого, Изабель, будьте благоразумны. Приятели моего брата не намного лучше его самого в отношении женщин, тем паче юных девиц, неопытных в любви.

С этими словами Люк покинул столовую, не дав девушке возможность ответить. Белла нерешительно подняла глаза к потолку, размышляя, стоит ли подняться к Кайлу вместе с его другом или же сделать это позже, одной, чтобы наложить на рану свежую повязку.

Но пришла к выводу, что повторять прошлый опыт общения с ним наедине чревато опасными последствиями и поспешила к лестнице, окликая молодого человека, поднимавшегося по ступеням. Адриан был трезв, одет в безупречный сюртук и обтягивающие зеленые штаны. Иссиня — черные волосы аккуратно собраны в хвост и скреплены бархатной лентой, в янтарных глазах вспыхнула неподдельная радость, смешавшаяся с восхищением.

Он очаровательно улыбнулся Белле и остановился на верхней галерее, дожидаясь, пока она поднимется к нему.

— Доброе утро, леди Изабель, — Шервуд склонился, запечатлев мимолетный, но чувственный поцелуй на руке девушки и задержав ее пальцы в своей большой ладони дольше, чем требовали приличия, — Вы так прелестно выглядите, этот цвет Вам к лицу.

— Неужели? — она ответила ему улыбкой и осторожно, но настойчиво высвободила руку, — признаться, сегодня Вы выглядите намного лучше, чем в прошлый раз.

— Мне очень неловко перед Вами, ведь в тот раз я был… эээ… немного не здоров.

Смех Беллы подхватило эхо и разнесло сотнями отголосков по бескрайним закоулкам замка. Адриан смущенно взглянул на нее и неожиданно тоже рассмеялся, заразившись неудержимым весельем красавицы.

Отсмеявшись, девушка покачала головой, медленно направляясь к комнате раненого вместе с Адрианом.

— Вы это очень метко назвали, милорд. Не здоров… А я видела, как Вы выписывали кренделя, удаляясь из холла, милорд Шервуд…

— Мне так неловко, — с улыбкой повторил он, — и пожалуйста… Называйте меня просто по имени.

— Хорошо. Тогда для Вас я — Белла. Надеюсь, Ваша голова не беспокоила Вас сегодня поутру?

— Я бы согласился на любую боль от похмелья, лишь бы снова увидеть Вашу улыбку, — тихо, но проникновенно отозвался он, глядя в ее сияющие голубые глаза.


Изабель оставила его слова без ответа, но нестерпимый жар вновь заполыхал на ее щеках. Находиться рядом с Шервудом было весьма приятно, и подобных эмоций она еще никогда не испытывала.

В этот, столь неподходящий момент из — за двери комнаты Кайла раздалось нечто, напоминающее рычание. Девушка недоуменно перевела взор на гостя, но Шервуд пожал плечами, при этом с явным беспокойством взглянув на дверь.

Блэквуд, скорее всего, стал свидетелем их разговора и ему он отчего — то не пришелся по нраву.

Адриану вдруг расхотелось идти к приятелю, и молодой человек преградил путь Изабель, поспешно проговорив:

— А может быть, мы навестим Кайла чуть позже? Погода сегодня просто замечательная, я могу показать Вам окрестности. У нас в деревне есть прекрасный базар, там Вы найдете все, что пожелаете. Наверное, Люк послал за доктором, он позаботится о Кайле…

— Никакого доктора мой брат не вызывал, — появившись в коридоре, возразила Беладонна, и, потянув на себя дверь, вознамерилась войти к Кайлу.

Белла нерешительно заглянула внутрь полутемной комнаты, но увидела лишь полосу света на полу, падающую от пламени свечей и очертания стола.

— Долго вы там собираетесь стоять, черт возьми? — крайне раздраженным тоном крикнул раненый, и от звука его недовольного голоса Белла прищурилась, вновь преисполнившись решимости. Опередив его сестру, она шагнула в душно натопленную спальню. Кайл сидел на полу, прислонившись спиной к кровати. Девушка оставила это без комментария, молча прошла к окну и раздвинула портьеры, впуская дневной свет.

— Незачем замуровываться здесь, словно в склепе, милорд. Что Вы делаете на полу, я же запретила Вам подниматься с постели?

— По естественным нуждам мне тоже нельзя ходить? — со злостью ответил он, пытаясь встать, хотя у него это не получалось и от того, что оказался в нелепом положении на глазах у Изабель, Кайл чувствовал еще большую досаду.

Изабель протянула ему руку, предлагая свою помощь, но взгляд Кайла подсказал ей, что он не примет ее помощи. Ну, ее дело предложить, с усмешкой подумала проказница.

— Адриан, прошу Вас, помогите же моему настырному брату! — велела Беладонна, нерешительно застыв на пороге.

Шервуд без особых церемоний поднял Кайла на ноги и пихнул на скомканную постель.

— Нечего строить из себя героя, дружище. Леди и без того оценила твой героизм, когда я рассказал о твоем подвиге.

— Что ты ей наболтал? — устраиваясь поудобнее, поинтересовался Блэквуд, сверкнув глазами в сторону Изабель, которая стояла у изголовья кровати.

— Ну, только то, что может разболтать подвыпивший человек, — со смехом замялся Адриан, но явно чувствуя себя не в своей тарелке.

— Не беспокойтесь, милорд, мне безразлично то, что Вы способны открыть стрельбу из — за девицы легкого поведения! — фыркнула Белла, сложив руки на груди.

Украдкой глядя на Кайла из — под опущенных ресниц, она ожидала его реакции.

— Идемте, милорд, мне нужна Ваша помощь в одном деле, — вмешалась неожиданно Донна, подмигнула Изабель и чуть ли не силой принудила Адриана покинуть комнату.

Белла не успела даже выразить протест, как вновь против воли оказалась наедине с Кайлом. Девушка приблизилась к кровати раненого и присела на стул, отодвинув его на безопасное расстояние, так, чтобы молодой человек не смог до нее дотянуться.

— Белла, послушай, это наглая ложь, — придя в себя от потрясения, начал оправдываться Кайл, — я не был в тот день в борделе и уж наверняка не стал бы стреляться из — за девиц мамаши Колли!

— Значит, в тот день ты там не был? — саркастически заметила она, не заметив, что они перешли на более фамильярный тон, — но в другие — то дни был! И вообще, какое мне до этого должно быть дело? Мой дядюшка не гнушается девицами легкого поведения, и почему — то меня это обстоятельство совсем не удивляет.

— Да… То есть, нет… Я хочу сказать, что давно не посещал этого заведения и вообще больше не намерен там появляться, — совершенно сбитый с толку ее равнодушным тоном и насмешливой улыбкой, объяснил Кайл.

Под пронзительным взором его темно — голубых глаз девушке стало неуютно. Кайл откровенно любовался ее прелестным лицом, скользнул взглядом ниже, на открытое декольте и задержался там до неприличия долго. Изабель торопливо вскочила, суетливо бросившись к двери.

— Я сейчас вернусь, милорд, мне нужно принести мой узелок с травами. Лежите спокойно и не смейте вставать.

— Я рад, что ты появилась в нашем неприветливом доме, дорогая… Племянница, — услышала она ироничный голос раненого и обернулась.

— Я тоже рада, милорд и надеюсь, что скоро Вы поправитесь и перестанете совершать необдуманные поступки и… Должна сказать, я Вас понимаю. Вы чувствуете себя одиноко. Мне тоже не хватало внимания близких мне людей, но разница в том, что у меня их нет. А у Вас есть брат и он очень за Вас волнуется, несмотря на свой нетерпимый нрав.

— Ты так хорошо изучила Люка и это всего лишь за два дня?

— Он одинок, это несложно понять, — с непонятной грустью произнесла девушка, задумчиво глядя на пляшущее пламя в камине, — возможно, найдется та, кто сможет вернуть его к жизни. А теперь отдыхайте, я загляну к Вам вечером.

— А как же благословенный поцелуй чистой невинной девы? — самым серьезным тоном сказал Блэквуд.

Белла подавила дикое желание стукнуть его чем — нибудь. Вместо этого развернулась и исчезла за дверью, проклиная Кайла за его нахальное поведение и дав себе зарок научить его хорошим манерам, чего бы ей это ни стоило!

С победной улыбкой взглянув на дверь, Блэквуд откинул голову на подушки и прикрыл глаза.

1.2

Десять дней, проведенные Изабель в замке Блэквуд, принесли в ее жизнь много разнообразия.

Люк, хотя и старался держаться чопорно и отстраненно, все же временами ловил себя на том, что эта девочка стала ему очень дорога. Он привязывался к ней и порою пугался неизведанных ранее чувств, пробудившихся в нем. Именно такой могла быть его дочь, думал он, наблюдая, как Белла сосредоточенно наигрывает сумбурную мелодию на фортепьяно. При этом ее лицо выражало крайнюю озабоченность, и пусть звуки, извлекаемые ею из клавиш, резали слух, граф до последнего аккорда терпеливо сносил пытку.

Кайл между тем поправлялся. Он уже мог самостоятельно спускаться вниз и неизменно присутствовал за столом. Его приятели, видимо, преисполнились мыслью, что без их участия Блэквуд — хилл впадет в уныние и приехали «погостить некоторое время».

Люк молча перенес подобное заявление Адриана, когда тот в сопровождении своего лакея появился на пороге замка, а следом, спустя час, объявили о приезде милорда Бесингтона. Это было уже слишком, но граф предпочел промолчать, дабы не затевать очередной бурный спор с Беллой, которая наверняка начала бы упрекать его в черствости.