В какой-то момент Джон даже хотел нанять частного детектива, чтобы найти Хелен, но потом одумался, поняв, что это будет вторжением в ее личную жизнь. Правда, он по-прежнему продолжал искать в лицах прохожих знакомые и дорогие ему черты…

Интересно, подумал Джон, сохранила ли она свое великолепное чувство юмора, лукавую улыбку, смогла ли пережить тяжелую душевную травму? Он очень надеялся на это. Джон, правда, сомневался, что Хелен хоть раз вспомнила о нем.

Он сел в машину и включил зажигание. Сейчас бесполезно пенять на судьбу, которая распорядилась так, что он отправился за границу, когда Харолд осуществлял свой коварный план.

Они успели обменяться только несколькими короткими поцелуями во время своего первого и единственного свидания, но этого оказалось достаточно, чтобы Джон потом сравнивал каждую женщину, которая попадалась на его пути, с Хелен.

Слава Богу, вздохнула Хелен с облегчением, передав последний пудинг почтовому служащему, который должен был доставить выпечку заказчикам.

Хелен вышла прогуляться. День был холодным, но солнечным. Бледно-голубое небо отражалось в студеных водах реки. Водная гладь всегда завораживала ее, и Хелен остановилась у парапета, чтобы еще раз полюбоваться на Темзу.

Сегодня во второй половине дня Хелен встречается с Тифани Симоне, чтобы обсудить меню для торжественного обеда. Времени оставалось очень мало, а предстояло еще закупить продукты и осмотреть кухню, которая на несколько часов станет ее королевством. Девушка бросила последний взгляд на Темзу и поспешила домой.

— Пудинг из винных ягод? Ни разу не пробовала, — недоуменно пожала плечами Тифани и с улыбкой пояснила: — Мои родители очень консервативны. Мама родила меня в сорок лет. Они уже потеряли всякую надежду иметь ребенка, когда она вдруг забеременела… — Тифани замолчала.

Хелен подумала, что поздний ребенок, должно быть, очень дорог родителям и что они стараются всячески уберечь Тифани от жизненных невзгод. Плохо стараются, если видят в Харолде достойную партию, промелькнуло у Хелен в голове.

— Ягодный пудинг, — вернулась она к вопросу Тифани, — делается по старинному английскому рецепту и очень нравится мужчинам.

— Правда? — обрадовалась девушка, и лицо ее сразу просветлело. — Боюсь, из меня повар плохой, поэтому Харолд и просил найти кого-нибудь для приготовления торжественного обеда. Полагаю, люди, которых он пригласил, являются для него очень важными деловыми партнерами. — В голосе Тифани слышалась гордость за будущего супруга. — Харолд владеет фирмой, производящей телевизоры, и они хотят ее купить. Но он слишком умен, чтобы продать им все. У него останется новая, очень сложная модель, над которой еще идет работа. Харолд сказал, что, поскольку не продает эту разработку в США, он сделает это на Ближнем Востоке и в Латинской Америке.

Хелен опустила ресницы, чтобы простодушная Тифани не смогла прочесть по глазам ее мысли. Хорошо зная Харолда, Хелен поняла, что тот собирается провернуть еще одну аферу, утаив от американцев новейшую технологию и таким образом заработать на этом огромные деньги.

Слушая щебет Тифани о том, какой у нее умный жених, Хелен не могла не пожалеть эту наивную дурочку. Тифани даже не догадывалась, с каким чудовищем имеет дело.

— Значит, меню, которое мы только что составили, тебе нравится? — спросила Хелен, собирая со стола свои записи.

— О да, оно превосходно, — заверила Тифани. — Хорошо, что ты уговорила меня на пудинг, Харолд обожает сладкое. И ты приготовишь все блюда так, чтобы я могла сразу относить их гостям?

— Не волнуйся, никто даже не догадается, что не ты готовила.

Хелен надеялась, что Харолд не будет ругать Тифани, если что-то придется ему не по нраву, зная, что обед готовила не она. Он, конечно, захочет узнать имя поварихи, но псевдоним «Мисс Золотые Руки» ему ничего не скажет.

— Я бы не пошла на этот обман, но Харолд сказал, что мы должны произвести хорошее впечатление на американцев, — сказала Тифани, покраснев.

— Ты сказала, что гостей будет семь, — решила сменить тему Хелен.

— Правильно. Мы с Харолдом, два бизнесмена, которые приедут с ним из Америки, бухгалтер с женой и друг Харолда, консультант по финансам.

Консультанта Хелен скорее всего не знала, но вот с бухгалтером и его алчной, злой на язык женой сталкиваться приходилось. Хелен знала, что Харолд использовал эту стерву для распространения грязных слухов об их мифической связи.

Она встала и улыбнулась Тифани. Девушка нравилась ей все больше и больше, и нужно найти способ, чтобы той не пришлось попробовать пудинга, предназначенного Харолду Вильсону.

3

Нервным движением Хелен одернула белоснежный накрахмаленный фартук, который надела поверх простого черного платья с короткими рукавами. Платье удалось купить на распродаже за символическую цену благодаря маленькому размеру.

Хелен волновалась не из-за своей стряпни — она знала, что приготовленный ею обед превосходен, — из состояния равновесия ее выводил шум, который доносился из столовой даже через плотно закрытые двери. Она продумала все до мелочей и считала, что ее план абсолютно надежен, но достаточно Харолду войти в кухню, как весь замысел рухнет.

Дверь в кухню открылась, и Хелен, сжавшись в комок, моментально отвернулась к окну. Но, оказалось, пришла Тифани.

— Харолд только что позвонил, — выпалила она на одном дыхании, — они будут здесь через час. Харолд хочет, чтобы обед начался ровно в восемь тридцать.

— Не волнуйся, мы успеем, — успокоила ее Хелен.

— Сейчас уже восемь часов, — засуетилась та. — Я лучше пойду в гостиную, вдруг кто-то из гостей приедет раньше. Слава Богу, все спальни уже готовы.

Хелен ободряюще улыбнулась. Она бы многое отдала, чтобы увидеть реакцию Харолда, когда тот обнаружит, что великолепная сантехника, установленная в элегантных ванных комнатах спален, не подсоединена к стояку. Владелец фирмы, которая устанавливала сантехнику, был настолько взбешен отказом Харолда оплатить хотя бы часть работ, что решил наказать непорядочного клиента. Об этом девушка узнала от мастера, забежавшего на кухню выпить стакан воды.

Хелен хотела предупредить Тифани, что пользоваться можно лишь туалетом на первом этаже, но потом решила не добавлять лишних забот бедняжке, у которой и без того голова шла кругом. Вдруг раздался пронзительный звонок у входной двери, который током прошелся по натянутым нервам Хелен. Она встрепенулась, отбросила лишние мысли в сторону и сосредоточилась на главном. У нее все готово к приему гостей. Все, как и планировалось.

Хелен сделала глубокий вдох и бросила взгляд на плиту, где стоял пудинг, от которого еще шел пар. Пудинг был приготовлен строго в соответствии с рецептом за исключением трех ингредиентов: Хелен добавила приличную порцию жидкого парафина, большую горсть слабительного порошка и, наконец, чтобы отбить привкус этих своеобразных добавок, стакан сочных вишен. Еще раз посмотрев на свое творение, Хелен мстительно ухмыльнулась.

Никто, конечно, не умрет, Хелен положила в пудинг такое количество добавок, которое не сможет причинить серьезный ущерб здоровью. Но тем, кто отведает пудинга, придется побегать к унитазу и почувствовать себя опозоренными. Адская смесь доставит немало хлопот пищеварительной системе мистера Вильсона и его гостей.

Харолд, несомненно, придет в ярость и обвинит в случившемся повара, но к тому времени Хелен будет уже далеко. Кроме того, он никогда не догадается, что Мисс Золотые Руки и Хелен — одно и то же лицо. Хелен получала особое удовольствие оттого, что купила продукты для сегодняшнего обеда на деньги, сэкономленные от продажи пудингов — в конечном счете Харолд вкусит плоды своей подлости.

Хелен обрадовалась, когда Тифани сообщила, что скорее всего не будет есть пудинг, так как Харолд не хочет, чтобы она поправлялась.

Дружески поздоровавшись с Тифани, Джон представился. Она напоминала ему робкого олененка — те же неловкие движения и настороженные глаза. Девушка, похожая больше на ребенка, чем на женщину, была полной противоположностью Харолду, и Джон мысленно посочувствовал ей.

— Неужели я пришел первым? — спросил он, когда Тифани забирала у него пальто.

— Да. Харолд вот-вот приедет. Рейс из Нью-Йорка немного задержался из-за погоды, — ответила Тифани, нервничая.

— В Америке были обильные снегопады, скоро дойдут и до нас. Если дойдут, мы будет иметь снежное Рождество впервые за долгое время. Я слышал, Харолд везет с собой каких-то деловых партнеров…

— Да, людей, которые хотят купить его компанию. Ой, — испугалась Тифани, — я не должна ни с кем говорить о делах Харолда… Но вы ведь его друг, поэтому, думаю, ничего страшного не случится.

— Не волнуйтесь, все будет хорошо, — успокоил ее Джон.

Итак, Харолд собирается продать компанию, с удивлением отметил он про себя. Компанию, которая, согласно документам, представленным в суд во время развода, была в долгах как в шелках и не приносила никакого дохода. Интересно узнать, подумал Джон, кто собирается купить убыточную компанию и, главное, почему. Тифани предложила Джону пройти в гостиную и спросила, чего бы он хотел выпить.

Проходя мимо столовой, Джон замедлил шаги у приоткрытой двери. У него сжались кулаки, когда он увидел старинный обеденный гарнитур, подаренный родителями Луизе на свадьбу. При разводе Харолд присвоил мебель, заявив, что она была подарена им обоим, а поскольку Луиза добровольно ушла от мужа, то потеряла и право на гарнитур.

Убегая, Тифани оставила кухонную дверь открытой, и теперь до Хелен доносились голоса прибывающих гостей. Она решила закрыть дверь от греха подальше и в этот момент услышала глубокий, теплый мужской голос. Девушка застыла на месте, по ее телу прокатилась обжигающая волна.

Хелен решила, что от напряжения и усталости у нее начались слуховые галлюцинации. Голос, который она только что слышала, не мог принадлежать Джону Хантингтону. Он ведь брат Луизы, которая не меньше нее, Хелен, пострадала от Харолда. Тем не менее Хелен задержалась у двери, отчаянно напрягая слух. Сердце девушки делало неровные скачки.

Она пыталась убедить себя, что память играет с ней злую шутку, даже заставила себя отойти от двери. Ей, правда, очень хотелось увидеть, как Харолд поедает свой заслуженный десерт — в обоих смыслах этого слова. Но вместе с тем Хелен ощущала, что за этим желанием стоит внезапно возникшее острое чувство тоски и потери, глупое стремление к тому, что могло бы быть, но не случилось. Хватит строить иллюзии, строго одернула себя Хелен, помни, зачем ты пришла в этот дом.

Пока Тифани суетилась вокруг Джона, недоумевая, почему тот с таким пристальным вниманием осматривает столовую, раздался очередной звонок в дверь. Прибыл бухгалтер с женой. Джону эта парочка не нравилась, но он всячески скрывал антипатию.

— Харолда еще нет? — спросил Джереми Партон, потирая озябшие руки.

— Нет, но скоро будет, надеюсь… Он звонил недавно и сказал, что обед начнется ровно в восемь тридцать… — Тифани окончательно смешалась.

— Кто вам готовил обед? — спросила Фредерика Партон повелительным, резким тоном. — Я знаю некоторых поваров, цены у них умопомрачительные, а качество еды оставляет желать лучшего.

— Держу пари, готовил кто угодно, только не восхитительно сексуальная и аппетитная маленькая черноволосая нимфа, — вмешался бухгалтер.

Джон поморщился. Когда он встречался с Партоном, ему всегда хотелось ударить того по физиономии, причем очень сильно. Хотя обычно Джона трудно было спровоцировать на ссору, а тем более на рукоприкладство.

— Джереми! — Фредерика решила уберечь мужа от дальнейших непристойностей.

— Да ладно тебе, ни для кого уже не секрет, что Харолд сгорает от страсти к этой малышке. И кто его осудит за это? Я и сам не прочь попробовать этот пирожок.

— Джереми! — рявкнула Фредерика во второй раз и повернулась к смущенно потупившейся Тифани. — Джереми шутит, моя дорогая. Он имеет в виду молодую женщину, которая разбила первый брак Харолда. Очень навязчивая особа, Она специально заманила Харолда в ловушку, чтобы он завел с ней роман.

— Он… он никогда не рассказывал мне об этом, — заикаясь, выдавила Тифани.

Фредерика бросила на мужа злобный взгляд и попыталась загладить неловкость.

— Конечно, нет. Хотя Харолду не в чем себя винить, мужчины есть мужчины. Я уверена, что он хочет оставить все это в прошлом. С другой стороны, если бы у Луизы было больше ума, она бы гораздо раньше догадалась, что происходит у нее в доме… Кстати, Джон, как поживает Луиза?

— Спасибо, хорошо, — спокойно ответил тот. — Она с девочками будет встречать Рождество у наших родителей. — Улыбаясь, Джон повернулся к Тифани и пояснил: — Луиза, бывшая жена Харолда, — моя сестра.