— Да пойми же ты, я боюсь… — он оборвал свою фразу, рвано выдохнул, — боюсь, что ты не простишь меня так же, как и родителей. А ведь они раскаиваются.

— Так вот в чем причина столь быстрой и резкой смены твоего настроения, — вдруг четко поняла я. — Жень, за что ты меня продал предкам?

Брат отвернулся, дав этим понять, что я права, но ответа на поставленный ответ я точно не получу.

Обида душила, но я себе не позволила и слезинки скатиться по моим щекам. Те люди, которые считаются моими биологическими родителями, давненько строили планы по моему возвращению в семью. Уж не знаю, что стало причиной, но меня это настораживало. Пусть это будет жестоко, но я ни за что не поверю, что они воспылали ко мне столь ярким чувством, как любовь. Не верю.

— Мама хочет тебя видеть, — бросил Женька и ушел в сторону своего подъезда.

Проследив за ним взглядом, я сделала пару шагов в том же направлении. Эта старая пятиэтажка, которая требовала ремонта, вызывала детские обиды и приятные воспоминания. Когда-то дети дразнили меня, часто напоминая о поступке моих родителей. Насмехались, били и унижали. Но так же эти воспоминания разбавлялись и приятными. Женька учил меня управлять велосипедом. Сначала это был двухколесный, с маленькими колесиками по бокам, затем его сменил скутер, а после и новенький байк. На последнем у него появились первые седые волосинки. Но именно тогда я училась ему верить, как себе. Видимо, я вновь ошиблась.

Отогнав воспоминания, я поднялась в квартиру брата. Молча проследовала в комнату Кристины и поставила свою небольшую сумку. Эта комната станет моим местом обитания на неизвестное время. У меня было чувство, да и надежда, что я тут надолго не задержусь. Нужно лишь было продумать план, из которого я пойму как смыться от брата.

От размышлений меня отвлекла Ника. Она подошла и со спины меня обняла. Ничего не говорила, не успокаивала пустыми обещаниями, а просто оказывала поддержку.

— Она больна, Женька не смог ей отказать в последнем желании, — на ушко прошептала невестка. — Попробуй с ней повидаться, дай ей шанс хотя бы перед смертью.

— Я подумаю, мне нужно время.

Ника ушла, а я переоделась, и пошла гулять по своему старому городу. Я не была здесь с момента, как уехала в большой город. Там не было воспоминаний и боли. Там все было с чистого листа.

Сейчас же там мой сын и муж. Лео, такой противоречивый мужчина, притягивал меня своим шармом. Было в нем что-то такое, из-за чего моё бедное сердечно пускалось в пляс, пытаясь объяснить глупой хозяйке, что уже безнадежно влюблено. Почему я ему не сказала о своих чувствах? Почему так отреагировала вечером, когда вернулись? Я даже с ним не попрощалась… А куда он уехал? Вдруг, у него кто-то есть другой. Может, Ника права и я им не нужна. Вот только, с другой стороны, он бы не психовал и не уехал в неизвестном направлении.

В кармане джинс пиликнул телефон, оповещая о приходе смс. Лео интересовался, куда я пропала. Я ничего не ответила, что я могу ему сказать? Что мой брат играет благородного сына и решил меня взять в упряжку? Но моё молчание явно не вдохновило моего мужа, и он позвонил. Сам. Первым.

— Алло.

— Силя, черт тебя возьми, где ты есть?

— А тебя твой папочка не просветил? — ехидно поинтересовалась я.

— Вась, не зли меня больше, чем уже есть. Мы со Славиком едем за тобой. И не говори, что ты не рада. Отец меня просветил о том, как ты сопротивлялась, — мужчина замолчал, я тоже не спешила что-либо говорить. — Вась, мы тебя, правда, очень любим, вернись, а?

— Если бы это только от меня зависело, — вздохнув, ответила я.

— Вась, я ведь за тобой еду, понимаешь?

— Понимаю.

— Василис, я вчера уехал к друзьям, там напился в стельку, потому и не ночевал дома. Я тебя не изменял, веришь? — и столько надежды в голосе.

— Верю, Лео.

— Я буду, обязательно буду… — и отключился.

— Я жду, — тихо ответила я в трубку в унисон противным гудкам.

Домой к брату я вернулась уже в более приподнятом настроении. Мои мужчины едут за мной, значит, обязательно все будет хорошо. Лео ведь обещал, что он приедет, а он слов на ветер не бросает.

Вернулась я как раз к ужину. Быстро умывшись, я молча села на свое место и приступила к еде. Силы мне в этом дурдоме пригодятся. Да и Женька не дурак, явно понимает, что неспроста моё настроение поползло вверх.

— Как погуляла? Встретила кого-то знакомого? — из далека начал Женька.

— Нет, — пожав плечами, отвечаю, а сама злорадно потираю ручки под столом.

— Муженек, значит, дал о себе знать, — усмехнулся Женька и довольно откинулся на стуле. — Все складывается как нельзя лучше. И когда же он прибудет?

— Завтра утром выезжает, — ответила я.

— Хорошо, как приедет, съездим к родителям, — приступив вновь к еде, решил братец.

Я же искренне надеялась, что Леонид заберет меня отсюда раньше этого знаменательного момента.

Сразу после ужина, когда уснула моя любимая племянница, единственный мужчина в доме распорядился всех собраться на беседу. Я решила без ругани поприсутствовать, так как ждать моего супруга еще долго, а в тишине сидеть тяжело, так как мысли давят.

— Значит так, мои дорогие женщины, задаем вопросы и слушаем мои ответы, — заговорил Женька.

— Ну, давай, — усмехнулась я. — Когда я вернусь домой?

— Когда встретишься с родителями. И прошу заметить, что ты уже дома.

— Нет, Жень, мой дом вот уже пять лет как находится там. И два года у меня есть интересная работа, достаточный доход. Я даже смогла позволить себе купить квартирку. Женечка, милый, ты пойми, что с Новиковыми у меня все хорошо.

— Цветик, ты думаешь, что нужна ему? Он наиграется и выбросит тебя из своей жизни. — Женя навис над моим креслом. — Я пытаюсь тебя отгородить от этой боли.

— Жень, а ты надеешься, что я от радости буду прыгать перед теми людьми, которые считают себя моими родителями? — я грустно усмехнулась. — Я им была не нужна маленькой, ты же был любимым сыном. Ты их ребенок, не я. Мне не нужна эта встреча, я к сыну хочу, пойми же.

Женька нервно взлохматил свою голову и отошел к окну. Ника не вмешивалась в наш разговор, но укоризненно смотрела на своего мужа.

— Любимый, твоей сестре действительно нечего делать рядом с родителями. Мы с последней встречи её еле вывели из депрессии, — проговорила она, шагая к мужу и обнимая со спины. — такое не прощают.

Женька дернулся в объятьях жены и покорно кивнул.

— Девочки мои, я это понимаю и не осуждаю, но все же они наши родители, так легко я не могу отпустить эту ситуацию, — мужчина вздохнул. — Цветик, я очень не хочу быть похожим на них, не хочу отворачиваться и бросать в самый трудный момент их жизни. Да, они посмели от тебя отказать, посмели сделать сиротой при живых родителях, но это не значит, что мы обязаны так же бросить их. Я не прошу тебя простить все их ошибки, просто встречу.

Я долго обдумывала слова своего единственного родного человека. Наверное, глубоко в душе, я его понимала. Его гложило чувство вины за то, что когда-то он бросил их так же, как когда-то это сделали они. Мой брат боялся этого, я чувствовала. Но вместе с тем же в моей душе был раздрай. Этот сумбур смешал в себе обиду и любовь к родному человечку. Но, не смотря на это, я приняла единственно верное решение.

— Я пойду на встречу, но только в присутствии СВОЕЙ семьи. Жень, я Новикова люблю. И сына его люблю. Я просто не хочу без них, понимаешь?

— Он же бросит. Наиграется и бросит.

— Нет, — покачала я головой, — не бросит. Ты просто его не знаешь, — я улыбнулась. — Без него пусто, кажется, будто душу вынули. Я целый день думала, почему меня тянет обратно?

— Поняла? — усмехнулась Ника.

— Да, — я вновь кивнула. — Братец, а помнишь свои чувства, когда ты впервые встретил вою жену? Тогда ты не был эгоистом, светился весь. А помнишь, как ты самостоятельно надувал сто шариков в день, когда она сдавала экзамены? Помнишь, как ты репетировал перед зеркалом момент признания в любви? А ведь она была за углом, в твоей комнате. Ты ведь слышала, Ника, слышала и улыбалась, точно уверенная в своих чувствах. Я тоже хочу чувствовать такую любовь, опору и уверенность в завтрашнем дне. Я точно знаю, что мы будем очень трудной семьей, но именно в этом наша изюминка. Я просто не смогу и дня прожить без своих мальчиков, так же, как и ты, Жень, без своих девочек.

— Ты тоже моя маленькая девочка, — он грустно улыбнулся, медленно сдавая позицию надзирателя. — Всегда будешь моей маленькой сестричкой.

— И ты моим старшим нахалом-братом, — поднявшись с кресла, я подошла и обняла брата. — Просто наша с тобой семья стала больше.

— Если он тебя обидит, я его побью, — пригрозил брат, крепко сжимая хрупкую меня.

Я лишь поцеловала его в щеку, ответ не требовался, меня лишь поставили перед фактом.

Не знаю, как долго мы насыщались перемирием, но пришли в себя от того, что входная дверь сотрясалась от ударов. Разжав объятия, Женька пошел разбираться. А я тихонько надеялась, что это не мой муж сейчас устроит потасовку. А она будет, мужчины друг друга не переносят на дух.

Моим надеждам сбыться было не суждено, за дверью тяжело дышал мой супруг. Сверкая глазами в сторону моего брата, он остановил свой взгляд карих глаз на мне.

— Приехал-таки раньше утра, — усмехнулся брат и сделал приглашающий жест.

Все бы ничего, но…

— Где Славка? Ты сказал, что едешь с сыном… — запаниковала я.

— Он обиженный стоит этажом ниже, — разом выпустив воздух, Лео кивнул в сторону.

Оттолкнув мужчин, я выбежала лестничную клетку босиком. Быстро перескакивая, упала на холодный пол. Благо, оставалась всего парочку ступенек спуститься. Зашипев от боли, я попыталась встать.

Громко охнув от стрельнувшей боли в ноге, я со стоном пустилась обратно на пол. Ко мне поспешили все мои любимые мужчины. Первым, как ни странно, оказался мой любимый Новиков-младший. Вячеслав обнял меня и маленькой ладошкой гладил по голове. Старшие же мужчины тщательно рассматривали мою бедную ноженьку.

— Дорогая, ты таким способом намекнула мне, что тебя на руках носить пора? — насмешливо поинтересовался Лео, тут же подхватывая меня на руки. — Могла просто сказать, а не ногу подворачивать. Завтра съездим на рентген, а сейчас спать пойдем. Утром после больницы поедем домой, сейчас я не в состоянии ехать за рулем. Славка, не переживай, все хорошо с нашей мамой, просто она немного неуклюжая.

— Как слон? — тут же спросил ребенок, а я засопела от возмущения.

— Не дотягивает наша мама до слона, — хохотнул мой муж, — она пока что надутый хомяк. Вот ты видел, как много опилок у них в клетках?

— Да.

— Это для их неуклюжести, чтобы они себе ничего не сломали, — серьезно проговорил Леонид, а я же старалась сдержать рвущийся смех.

И смешно, и больно. Я, конечно, понимала, что таким образом Лео отвлекает ребенка от произошедшего на лестничной площадке. Но осадок, все же, нашел укромное местечко в моей душе. Это было обидное сравнение. Да и его насмешливый голос… Я же не специально навернулась с этой лестницы, всего лишь хотела увидеть сына и попросить прощение за свой скорый уезд.

— А вы мне купите хомяка? Я буду за ним ухаживать.

— Купим все, что ты пожелаешь, — подмигнув мне, ответил ребенку супруг. — Вот мама немного оклемается и купим.

— Мне еще с контрактом работать, — вздохнула я, искренне надеясь, что Вадим догадался посмотреть в моём ноутбуке наброски договоров.

— Не переживай, Машка там пока справляется, а вот папа воет, что его помощницы нет рядом, — засмеялся Лео, покрепче прижимая к себе и удобно располагаясь на диване в гостиной брата. — Жень, кофейку не предложишь?

— Сейчас сделаю, — спохватилась Ника. — Может, покушаете?

— Нет, — хмуро буркнул ребенок и подошел к нам. — Ты меня бросила?

— Нет, — тихо прошептала я, заглядывая в глаза слишком умному мальчику. — Просто так получилось, моим родителям тоже хочется видеть меня.

— И где они? — поинтересовался другой хмурый Новиков. — Зачем тебе это нужно?

— Так надо, Лео, я обещала Женьке встретиться с ними, — я провела ладонью по напряженной спине мужа. — Но я отказалась идти на встречу без тебя.

— Хорошо, — одобрительно кивнул Лео. — Почему на автобусе домой днем не уехала? — задал он провокационный вопрос, не обращая никакого внимания на напряженного брата.

— Я у нее забрал и документы, и кошелек, — ответил за меня Женя.

— Ну, ты и… — начал было Лео, но я закрыла ему рот, покосившись взглядом на хмурого ребенка. — Слав, иди и ложись спать рядом с Кристиной, тетя Ника тебя отведет.

— Нет! Я буду спать с мамой. Вдруг она опять исчезнет?