– Ладно. Тогда сейчас ненадолго заедем в мой офис, он тут недалеко, нужно забрать кое-какие документы, – зачем-то объяснял он, – а потом пообедаем и поедем домой.

Джо кивнула в ответ.

Прошло около двух часов, прежде чем они вошли в ресторан.

– Что будешь есть?

– Эм… – Джо смутилась, совершенно не зная, что выбрать среди этих изысканных названий, – я… э…

– Тебе помочь? – тихо спросил он.

Джоди, с благодарностью подняв на него глаза, кивнула.

– Мясо, птица, рыба? Может, морепродукты?

– Курица подойдет, – шепнула она, надеясь, что этот вариант окажется наиболее дешевым, желая позже расплатиться за все его затраты на нее.

К их столику приблизился официант и заговорил на французском. Даррен прервал его:

– Моя спутница не знает французского, – сказал он, видя ее замешательство.

– Прошу меня простить, мадемуазель! Готовы ли вы сделать заказ, мистер Льюис? Леди? – спросил он у обоих.

– Два луковых крем-супа, – отозвался Даррен, – а на второе… для моей спутницы медальоны в сливочном соусе и пюре с кресс-салатом, а мне, пожалуй, тартифлет.

– Десерт? Напитки? – подсказал официант.

– Что ты будешь пить? – Даррен посмотрел на Джо.

– Сок… яблочный, – тихо ответила она.

– А мне холодный чай с персиком и упаковку профитролей с собой. Пока все.

В ожидании заказа они немного разговорились.

– Я ведь приезжал пару лет назад. Странно, но тебя я не видел. Эми тогда оказалась в больнице в тяжелом состоянии.

– Да… ее фактически вытащили с того света, – задумчиво вспоминала девушка, – после своего воскрешения она сильно изменилась. Будто другой человек…

– В каком смысле? – заинтересовался Даррен.

– Не знаю, как бы это объяснить,  – она словно сомневалась, стоит ли озвучивать свои мысли.

– Говори как есть, – настаивал он.

– Она… вдруг стала любить меня, – неуверенно протянула она.

– Что это значит? – в непонимании спросил Даррен.

– Раньше она не была такой, – с сомнением начала Джоди, – мы не зря с вами ни разу не встречались. С первого класса я училась в интернате с проживанием, и меня практически не забирали домой… даже не всегда на праздники.

Ее взгляд был отрешенным, почти безжизненным, и Даррену вдруг стало невыносимо больно за нее.

– А до школы я фактически жила в круглосуточном садике…

Он был поражен хладнокровием своей сестры, хотя сам рос приблизительно так же.

«Со мной все ясно… Я благодарен, что хотя бы не остался в детском доме, у меня была хоть какая-то семья, с которой я мог праздновать Рождество и Новый год. Которые, по меньшей мере, передавали мне подарки на день рождения. Но это ведь ее дочь…» – он невольно сжал кулаки.

– А что насчет твоих братьев? Они тоже росли в интернате? – спросил он сухо.

– Нет. Они учились в обычной школе, посещали обычные сады и на все праздники были с родителями, естественно, – с едва заметной саркастической ухмылкой отвечала она.

– Должно быть, ты ненавидишь свою семью? – с любопытством спросил он.

– Нет… – отрешенно сказала она, – я их вроде как, толком не знаю. В редкие дни, когда я появлялась дома, отец не обращал на меня внимания, братья вечно дразнили, а Эми… просто была холодна.

– Эми? – удивленно переспросил Даррен.

– Привычка с детства, – смутилась девушка, – она просила меня…

– Ваш крем-суп, – прервал ее рассказ официант.

– Спасибо, – отозвалась Джоди.

– Ты говоришь, она изменилась, – захотел услышать продолжение Даррен, когда они снова остались наедине, – что значит «стала любить»? – заинтересованно допытывался он.

Джо едва заметно улыбнулась, но как-то болезненно.

– Она начала называть меня «моя дорогая»… Велела отцу перевести меня из интерната в школу рядом с нашим домом. Стала ругать братьев, когда они снова принимались дразнить меня, – казалось, она готова была расплакаться, но ее глаза оставались сухими.

– Ты в порядке? – спросил Даррен, невольно накрыв ее ладонь своей, словно таким образом желая защитить от несправедливости этого мира.

– Да-да, – она натянула дежурную улыбку, – все в полном порядке, – вопреки ее словам, рука под его ладонью дрожала. Джо на мгновение снова подняла на него глаза. – Прошу, мистер Льюис, не говорите ничего Эми. Я не знаю, что на меня вдруг нашло. Я никому раньше не рассказывала…

– Чего ты боишься? – прищурившись, спросил он. – Разве она может тебе навредить?

– Она может… перестать любить меня, – прошептала девушка, – меня никто в жизни не любил, кроме нее. Пусть только последние пару лет…

Он смотрел в ее глаза и, казалось, видел, как рыдает ее душа.

– Почему ты не плачешь? – спросил он вдруг.

– Плачут те, кто надеется, что однажды их услышат и пожалеют. А я не надеюсь… – холодно ответила Джо и принялась за еду.

***

В задумчивости войдя в кухню с намерением быстренько приготовить завтрак, Даррен замер. Стол был уже накрыт. Девушка, стоя к нему спиной, очевидно, домывала посуду. Он невольно залюбовался представшей ему картиной. Впервые на его кухне хозяйничает кто-то кроме него.

– Доброе утро, – тихо сказал он, подходя к ней вплотную, и обнял за талию, нежно поцеловав в ушко.

– Доброе утро, – девушка прижалась к его щеке своей, прикрыв глаза от удовольствия.

– Почему не воспользовалась посудомойкой? – спросил он заботливо.

– Тут всего пара тарелок да сковородка. Я в состоянии справиться вручную, – усмехнулась она.

– Вот же упрямица… – он снова поцеловал ее ухо… шею, затем плечо…

…Даррен вскочил с кровати.

– Нужно умыться… или воды…

Он отправился прямиком в душ, включив прохладную воду, он оперся о стену в надежде, что это приведет его в чувство. Закрыл глаза, и перед его внутренним взором вновь возникла Джоди. Он трепетно касался губами ее шеи, крепко обнимая девушку за талию.

– Дьявол! – Даррен распахнул глаза, с силой ударив ладонью в стену.

Глава 4

Воскресное утро Даррена началось с раннего звонка.

– Да, – пробормотал он, чувствуя себя невыспавшимся и разбитым.

– Доброе утро. Неужели разбудила? – прощебетала Эми.

– А ты преследовала эту цель? – вяло спросил он.

– Нет, конечно. Решила узнать, как у вас дела.

– Как ты и велела: встретил, провел экскурсию, выделил комнату, – отчитывался Даррен, поднимаясь с кровати.

– Спасибо. Вы подружились? Как прошло знакомство? – расспрашивала сестра.

– Отлично, – довольно сухо ответил он, но тут же осекся, вспомнив, что Джо просила его ничего не говорить Эми.

– Что-то случилось? – проницательно спросила женщина.

Он немного помедлил, но все же решился:

– Это правда, что девчонка росла в интернате?

За его вопросом последовала длительная пауза.

– Я была не лучшей матерью для Джо, – сказала она спустя время. – Мне жаль…

– Зачем ты говоришь это мне? Это не мое дело, мне просто интересно, что потом изменилось? Неужели на пороге смерти ты, наконец, испугалась ее потерять? – не скрывая злости, спрашивал он, желая, однако, казаться беспристрастным.

– Не суди меня строго, Дэн… – в ее голосе звучало искреннее раскаяние, – однажды я тебе все расскажу, и ты, возможно, поймешь меня. Я рада, что она открылась тебе. Обычно она никому не доверяет. Я обидела ее. Я знаю. Поэтому она не могла быть искренней со мной с самого детства.

– Она запретила мне говорить тебе. Боясь, что ты разлюбишь ее. Поэтому не выдавай меня, – он услышал тихие слезы на том конце телефона.

– Моя бедная девочка… Простите меня, – Эми старалась взять себя в руки. – Я задолжала вам обоим слишком много. Простите мою холодность. Теперь позаботьтесь друг о друге…

Закончив этот странный разговор, Даррен отправился в душ. Стоя под прохладными струями, он обдумывал все сказанное и услышанное:

«Она кажется искренней. Что же с ней случилось тогда? Если подумать… после больницы она стала и ко мне по-другому относиться. Даже эта договоренность насчет одной-единственной просьбы… Как сейчас помню, мы говорили об этом после выписки, когда она, наконец, оправилась».

Он оделся и спустился в кухню. Джо уже была там, суетясь, готовя завтрак. В голове Даррена мелькнули обрывки сна, и он сильнее сжал челюсти, пытаясь прийти в себя. Разогнав наконец мысли, он прошел вглубь кухни.

– Помочь? – спросил он, не надеясь на положительный ответ.

Девушка слегка вздрогнула.

– Доброе утро, – ее голос показался ему каким-то неуверенным, – нет, спасибо, я сама, – она продолжила довольно умело орудовать ножом, нарезая овощи и бекон для омлета.

Даррен опустился за стол, он был раздражен или даже зол.

Из задумчивости его вывел голос Джо, которая уже заканчивала приготовление, нарезая зелень:

– Вот черт! – тихо выругалась девушка и бросилась к раковине.

– Что там? – он рефлекторно поднялся.

– Ничего… Пять минут, и все будет готово.

Оказавшись за ее спиной, он увидел, как с ее пальца капает рубиновая жидкость.

– Ты в порядке? – развернув девушку к себе, он схватил ее запястье, осматривая рану, затем достал из кармана платок и обернул ее руку, чтобы кровь не растекалась дальше.

– Очень больно? – тихо спросил он. Порез оказался довольно глубоким.

– Н-нет-нет, все хорошо… – ответила она, как-то смущенно глядя на взволнованного мужчину.

Он обнаружил, что стоит слишком близко, когда взглянул на нее. Она поймала этот взгляд. И будто на какое-то время заключила его в плен своих серых глаз. Всего несколько мгновений… Джо изучающе смотрела, как на его лице проскальзывают непонятные ей эмоции. Даррен же успел возненавидеть себя за новые мысли, возникшие в его голове за эти мгновения. Он нахмурился, отстраняясь.

– Видимо, я зря поручил тебе готовку, – гневно произнес он, – раз ты такая неуклюжая.

Даррен отпустил ее руку и вышел из кухни. Он знал, что не должен срываться на ней… ведь злился он только на самого себя.

Через пару минут он вернулся с домашней аптечкой. Джо не сдвинулась с места. Она обиженно заматывала травмированный палец в платок Даррена. Он на пару секунд застыл в проходе, мысленно ругая себя за несдержанность.

– Садись! – велел он ей приказным тоном.

Она повернулась, чтобы оценить ситуацию.

– Обойдусь! – кинула она, увидев в его руках аптечку.

«Строптивая девчонка!» – он подошел к ней и, невзирая на ее протесты, схватив за локоть, усадил за стол.

– Я еще не закончила готовить! – продолжала злиться она.

Даррен выключил плиту и опустился перед девушкой.

– Дай руку, – он протянул к ней ладонь.

– Не нужно. Я уже сама разобралась, – холодно ответила она.

– Не веди себя как ребенок! – злился он.

– Отлично! Неуклюжий ребенок! Вот кто я! – взорвалась Джоди и попыталась встать, но он поймал ее руку и с силой усадил обратно. Размотал платок и, залив рану перекисью, аккуратно перевязал палец.

– Перестань упрямиться. Я не враг тебе, – твердо сказал он.

– Разве? – она вызывающе приподняла бровь. – Тогда зачем срываетесь на мне? Я вроде повредила свой палец, а не что-то из вашей собственности…

Он, гневно выдыхая, смотрел ей в глаза.

– Прости, – он поднялся и принялся накрывать на стол, – я просто… не выспался… ты действительно ни при чем, – примирительно, но довольно сухо сказал он.

Джоди, не ожидавшая от него такой перемены, не нашлась, что ответить, и осталась на своем месте.

Они позавтракали в тишине и, как и планировали, отправились в торговый центр. Атмосфера в машине была напряженной, поэтому, как только Даррен припарковался, Джоди покинула машину.

Он догнал ее уже на подходе к гипермаркету.

– Тебе нужно что-то из одежды или обуви? – поинтересовался он.

– Нет. У меня все есть, – сухо отвечала она.

– Может, книги? – продолжал мужчина.

Она остановилась и повернулась к нему.

– Мы приехали сюда исключительно за продуктами, – рапортовала она, показывая ему список.

Даррен кивнул:

– Как скажешь, тогда нам лучше воспользоваться вон тем входом, – он указал на дверь чуть поодаль.

– Будто сразу нельзя было сказать, – пробормотала она раздраженно, повернулась и зашагала в указанном им направлении.

Они провели в магазине пару часов. Джо тщательно изучила домашние запасы и теперь, строго следуя списку, собирала уже вторую тележку. Даррен терпеливо ходил по пятам за девушкой, с интересом наблюдая за тем, как она выбирает продукты.

– Почему ты обошла стороной ряд с мороженым? – спросил он, пытаясь хоть как-то разбавить напряженное молчание.

– Если вам хочется, можете за ним сходить, пока я заканчиваю с покупками, – предложила она.

– А тебе разве не хочется? – поинтересовался Даррен.

– Мне – нет, – категорично ответила она.