– Серый, может, вернешься и составишь ей компанию? – ухмыльнулся Стас. – Так что, разворачиваемся?

– Он согреть ее хочет! – ехидно заметил Тим. – Да, Серый?!

– Ничего я не хочу, – пробурчал Серый. – Просто, одноклассница ведь…

– А Серый прав! Она же так и будет молча сидеть на крыше, пока не околеет. Я ее знаю! – сказал Стас, и по его циничной улыбке стало очевидно, что он что-то задумал. – Спасем мы твою сказочную принцессу, Серый! Вытащим из башни и сделаем звездой! Телефон дай!

– Зачем? У тебя же свой есть, – удивился Серый.

– Я что, на идиота похож, чтобы звонить спасателям со своего номера? – ответил Стас, нетерпеливо выхватив смартфон из кармана Серого. – Телефон кто тебе покупал? Мама?

– Да… А что? – ничего не поняв, спросил Серый.

– А то! Мамаша твоя где? Ты, кажется, говорил, что она работает в Финляндии? – спросил Стас, набирая короткий номер службы спасения.

– Ну, да… Она… – промямлил Серый, но Стас его перебил на полуслове.

– Ну, вот и отлично! Ни звука! – скомандовал Стас.

Кашлянув, он нарочито высоким, похожим на женский, голосом произнес в трубку:

– Алло! Помогите! Здесь, на крыше высотки, стоит голая девушка. Она, кажется, собралась прыгать… Я проходила мимо, а тут такое! Вы приезжайте побыстрее… Вдруг она прыгнет? Что? Адрес? Мня как зовут?

Стас быстро назвал адрес и тут же отключил телефон.

Ошеломленные Тим и Серый молча наблюдали за этим шоу.

– А дальше что? – просил Серый.

– А вот что! – рассмеялся Стас и на ходу вышвырнул телефон Серого из окна машины.

– Блин, ты чего, Стас? Он же кучу денег стоит! Да и что я маме скажу? – воскликнул обалдевший Серый.

– Что я маме скажу? – состроив плаксивую гримасу, передразнил его Стас. – Скажешь, что потерял. Ясно? Я тебе свой старый смартфон подарю. Он все равно в два раза круче твоего старья. Ну что, шоу начинается? Поехали!

Он резко развернул машину на перекрестке и повел ее обратно, в направлении высотки, на крыше которой, стуча зубами от холода, тихонько плакала несчастная Варенька. Когда Audi Стаса подъезжала к высотке, врачи скорой выводили из подъезда босоногую девочку, укутав ее теплым одеялом. Естественно, собралась толпа зевак, с нетерпением ожидавшая окончания невидимой снизу драмы. Самое интересное, что у дрожащей от холода и потрясения Вареньки не возникло даже мысли прыгнуть вниз и разом прекратить все кошмары своей короткой, как хвостик у обрубленной поваром морковки, жизни. Она нервно озиралась по сторонам, испуганная таким вниманием к себе со стороны совершенно незнакомых людей и была похожа на маленького, затравленного зверька. Зрители несостоявшегося шоу, немного разочарованные тем, что все так быстро закончилось, разбрелись кто куда, а Вареньку усадили в карету скорой помощи и отвезли в больницу.

III

Елизавета Морковкина общалась со словоохотливой посетительницей кафе. Та, не замолкая ни на минуту, рассказывала о своей семье и, особенно, о проблемах сына в школе.

– Вообще, не школа, а бардак какой-то! Да и учителя так себе, в год по два раза меняются. Классная только и знает, что с родителей деньги тянуть. Лучше бы за детьми смотрели, как следует. Драки происходят чуть ли не каждый день. Мой Егорка вчера снова с разбитым носом домой пришел. Говорит, упал на физкультуре, но я ему не верю. Скорее всего, его старшеклассники побили. А недавно около школы поймали торговца наркотиками, представляете? Он эту гадость продавал нашим детям! – воскликнула до глубины возмущенная женщина, назвавшаяся Таней.

Она еще долго рассказывала всякие ужасы из школьной жизни сына, жаловалась на соседей, маленькую зарплату мужа, своего шефа-тирана и многое другое, пока пила свой чай с пирожными.

Слушая все это, Лиза подумала, что приняла очень мудрое решение, переведя Вареньку из ничем не примечательной школы, находящейся через дорогу от дома, в престижную школу в центре города. Там ведь учатся очень незаурядные ребята из хороших семей и даже есть гуманитарный класс. Для такой фантазерки, как Варя, там будет лучше всего. Лиза лично отвозила Вареньку на занятия и почти всегда заезжала за ней после уроков.

– Как по-осеннему ветер дышит мне в ухо! – сказала сидевшая около приоткрытого окна экстравагантного вида девушка с ярко малиновыми волосами и темной, почти черной помадой. – Извините, что вмешиваюсь в ваш разговор, но не могу промолчать, когда слышу о школе. Я в прошлом году окончила такой супер-крутой лицей в Москве, но офигеть, какие там со мной учились придурки. Думаю, что все школы похожи на психушки, а преподы там главные пациенты.

– Глядя на вас в это легко поверить, – высокомерно ответила Таня, «наградив» девушку недобрым взглядом. – Интересно, и что такая «звезда» делает в нашей глуши?

– От предков сбежала в Ростов. Блин, достали меня своими долбанными нотациями, – дерзко ответила девушка. – Здесь бабушка у меня живет, ясно?

Вся эта болтовня ни о чем порядком надоела Лизе, но ей, как хозяйке, приходилось терпеливо выслушивать еще и не такой бред клиентов. Это небольшое кафе было центром и смыслом жизни семьи Морковкиных, а также единственным источником ее доходов. Лиза, как старшая из пяти сестер, после смерти матери, по сути, стала хозяйкой в доме. Мать умерла от осложнений после родов, оставив семье маленькую Вареньку. Отец вертелся один, как мог, а Лиза помогала ему во всем. Она взяла на себя все заботы о крошке Вареньке и шестилетних близняшках Даше и Саше. Двенадцатилетняя Вика всегда думала только о себе, но, к счастью для отца и старшей сестры, не доставляла им никаких хлопот. Она хорошо училась, но с детства недолюбливала их семейное кафе «Пять звезд». А еще она невзлюбила Вареньку, виня ее в смерти матери.

Прошло шестнадцать лет, но для Лизы мало что изменилось. Окончив психологический факультет Ростовского госуниверситета, она ни одного дня не проработала по любимой специальности, полностью растворившись в семейном бизнесе и своих близких. А ведь она так мечтала о собственном кабинете и практике семейного психолога. К сожалению или к счастью, ее навыки были ежедневно востребованы, но только в кругу семьи. Короткое раннее замужество начисто отбило у Лизы желание заводить собственную семью. Ее семьей были отец и сестры со всеми их радостями и проблемами. А проблем с годами только прибавлялось.

Вика мечтала стать мастером кулинарии международного уровня, чтобы полновластно хозяйничать на кухне в каком-нибудь дорогом ресторане с мишленовскими звездами. Но, пока ей приходилось довольствоваться только созданием маленьких кулинарных шедевров в их семейном кафе. Да и личная жизнь Вики почему-то не складывалась, хотя она была самой красивой из пяти сестер. Высокая, статная брюнетка Вика внешне являлась полной копией матери, но только не по характеру. Она, в отличие от остальных членов семьи, с годами стала слишком циничной и жесткой.

Зато пухленькие рыжие близняшки Саша и Даша всегда встречали посетителей хорошим настроением и обожали суету на кухне «Пяти звезд». Лиза не знала, что втайне они мечтали открыть собственное детское кафе, причем не в ветреном Ростове, а где-нибудь у моря. Они даже название придумали – «Две морковки». Когда они по секрету рассказали о своей задумке Вике, та, усмехнувшись, сказала:

– Круто! Только вы не забудьте на вывеске указать, что это детское кафе, а то у вас от разного рода извращенцев отбоя не будет.

Сложнее всего дело обстояло с Варенькой. Она еще в детстве была, как говорится, не от мира сего. Варя витала в воображаемых мирах и рисовала куклам платья, измалевывая по две тетрадки в день. Все думали, с годами это пройдет, но ничего не изменилось. Шестнадцатилетняя Варенька по-прежнему была одержима созданием новых фасонов платьев, но уже для взрослых. Варя хотела стать известным модельером, чтобы ее «куклы» в красивых платьях прогуливались по подиуму, а в семейном кафе она любила только придуманные Викой шоколадные пирожные с кремом и мармеладом. Немного чудаковатая, но очень светлая и добрая девочка постоянно сталкивалась с непониманием окружающих. Сестры очень любили и баловали Вареньку, словно маленького ребенка, но не разделяли ее фантазий насчет будущего как у Джанни Версаче или Вячеслава Зайцева. Как ни странно, больше всех привязалась к младшей сестренке именно Вика, поначалу возненавидевшая появление на свет «мелкого чудовища», сгубившего их маму. Вика с младшей сестрой часами гуляли по городу и часто вместе ходили в самое любимое Варенькой место – ростовский зоопарк.

По-настоящему доводил до отчаяния всех только папа Ваня. В последние годы Иван Морковкин стал много пить и частенько удивлял дочерей «сюрпризами». Например, он втайне от всех заказал странную вывеску для «Пяти звезд». На темно синем фоне красовалось само название кафе, а вокруг него сияло пять разноцветных звезд. По странной задумке Ивана, каждая из звезд должна была олицетворять одну из его дочерей. Большая и немного суровая сине-золотая звезда отображала суть старшей Лизы. Нереальная и мрачно-загадочная голубая звезда с черной окантовкой была очень похожа на язвительную, ядовитую на язык Вику. Солнечно-рыжие одинаковые звездочки как нельзя более походили на веселых, внешне неотличимых друг от друга, Сашу и Дашу. А маленькая красная звездочка, разумеется, была отражением огненной души Вареньки. Младшая из сестер действительно была волшебной звездочкой, принесшей в семью Морковкиных странный свет далеких миров.

Все ахнули, когда увидели этот «шедевр». Рассудительная Лиза решила, что к отцу пришла погостить «белочка».

– Папа, а мы не распугаем клиентов такой вывеской? – спросила она, в очередной раз критически рассматривая звезды на вывеске.

Вика при виде своей черно-голубой звезды лишь криво усмехнулась, на этот раз удивив всех молчанием. Близняшки хохотали до слез и спорили между собой, которая из солнечных звездочек Саша, а которая Даша. Только Варенька долго рассматривала новую вывеску, а потом восхищенно произнесла:

– Папа, это действительно мы! Ты сумел показать каждую из нас. Мы ведь именно такие, какими нас нарисовал художник. Это чудесно! Но, сам-то ты где?

– Я синее небо, которое освещают мои звездочки, – не задумываясь, изрек Иван.

Лиза немного удивилась, что посетителям новая вывеска к прежнему названию кафе очень понравилось. Само название: «Пять звезд», Иван придумал давно, еще до рождения Вареньки. Он до самозабвения любил свою жену. Ему не верилось, что красавица Анастасия, могла выбрать в мужья и полюбить такого маленького, рыжего, нескладного парня, как он. Утонченная Анастасия, которую Иван после выхода фильма о гардемаринах любя стал называть «Звезда моя», родила ему пятерых дочерей. Вскоре после брака родилась Лиза, через восемь лет Вика, а затем близняшки. Настя любила мужа за его искренность и преданность в зеленых, круглых и доверчивых, как у ребенка, глазах. Иван назвал кафе «Пять звезд» в честь любимой жены и четырех дочерей. Неожиданная и незапланированная беременность в сорок два года стоила Анастасии жизни, а ее место в семейном пантеоне звезд заняла маленькая Варенька.

Двадцатилетняя Лиза, по сути, стала для Вареньки мамой. Варенька так и называла свою старшую сестру «Мама Лиза». Лиза очень хотела детей, но ее муж считал, что дети способны только вносить в жизнь хаос. В девятнадцать лет Лиза развелась с мужем и вернулась к родителям. Двенадцатилетняя Вика вначале косо смотрела на малышку, стоившую жизни их матери. Это потом Варенька стала ее самой любимой сестрой. Для близняшек младшая из сестер была живой куклой, с которой они играли, как им вздумается, а малышка Варенька заливалась звонким смехом, когда ее тискали и целовали в круглые щечки.

В шестнадцать лет Варенька все также заразительно и звонко смеялась. Но в последние несколько недель Лиза все реже слышала счастливый смех младшей сестры. Лиза думала, что Варенька просто еще не адаптировалась к новой школе. Как психологу, старшей сестре местами было сложно понять Вареньку с ее причудами, но она ее все равно обожала и, словно любящая мать, пыталась уберечь от жизни. Лиза считала Вареньку неисправимой инфантильной фантазеркой, способной своими бреднями свети с ума любого трезво мыслящего человека. Лиза была строга с Варенькой, по мнению отца, даже чересчур, но считала это правильной линией поведения с неразумным подростком. Лиза, как профессионал, считала, что ни в коем случае нельзя потакать странностям сестры. Например, вчера Варя влетела на кухню кафе, светясь от счастья, с горящими глазами, и с порога крикнула:

– Девчонки, я влюбилась! Стас, он такой… Он супер! Девчонки, я умираю… Умираю от любви! Такого со мной еще не было!

– Кухню не спали своими бешеными глазищами, – саркастически скривив рот в улыбке, сказала тогда Лиза. – Варенька, то же самое ты говорила и про Владика, про Вову, Мишу, Артема и еще, как его там… А, вспомнила, про Юрчика. Или его все-таки звали Игорем?