Не за что, всегда рад помочь, — растерянно сказал физрук.

Ну что вы, это так благородно с вашей сто­роны. Вы такой сильный. Такой высокий. У вас такие мышцы! — Светочка придумывала, какой бы еще комплимент отвесить. — У вас такой красивый костюм — вам очень идет. И свисток на шее такой большой...

Рассказов тихо засмеялся, отворачиваясь к сте­не. Степнов свирепо посмотрел на него, не зная, что сделать, чтобы отделаться от Светочки.

Спасибо, я польщен, — нервно сказал он. — А что происходит? Вы меня разыгрываете, да?

Нет, я правда так думаю, — ответила биб­лиотекарь, изо всех сил хлопая накрашенными ресницами. — А вы разве ничего не заметили? У меня новый макияж.

А, нуда, конечно, вам очень идет.

Ой, вы такой внимательный. Ну, я пойду, — Светочка бросила томный взгляд на физрука и скрылась за дверью.

— Я не понял, что это сейчас было? — ошарашенно развел руками Степнов.

Рассказов вытер слезы, выступившие от смеха, и похлопал Виктора Михайловича но плечу.

— Приятель, кажется, ты попал.

В сквере Аня куда-то отбежала и вернулась с мороженым в руках.

Заказывали? Клубничное или ваниль­ное? — спросила она у Жени.

Клубничное. Вот наемся, заболею, умру и перестану всех мучить, — грустно сказала Алехина. — Почему я всем не нравлюсь? И Коле Платонову...

Да твой Коля Платонов здесь ни при чем, это все Ритка подстроила. Ты же не знаешь, что он там себе думает, — подбодрила подругу Аня. — У меня для тебя сюрприз есть.

Она вытащила из кармана шоколадное яйцо и протянула Женьке. Внутри оказалось сер­дечко.

— Видишь, еще не все потеряно!


Девчонки присели на скамейку, и Аня заметила

рядом с собой книжку.

— Ой, кто-то забыл... «Я знаю, что и меня кто-


то где-то ждет» — актуально.

На задней обложке было подписано, что эту книгу нужно прочитать и выпустить на волю, а информацию о себе прислать на e-mail некоему

Матвею — так буккроссеры следили за переме­щениями своих книг.

— Прикольно! — Аня открыла книгу и зачи­талась.

На перемене Лена Кулемина разминалась в спортзале — со всей силы колотила об пол бас­кетбольным мячом.

— Эй, Кулемина, мяч-то пожалей! — крикнул Степнов, подходя ближе.

Лена ловко подбросила мячик и попала в корзину.

Молодец! Хороший бросок! — похвалил физрук. — Жаль, на тренировки не ходишь. По­тенциал у тебя огромный!

Вот пришла... — Лена еще раз кинула мяч, по промахнулась и попала по голове Степнову.

Ой, извините, больно?

Да нет, даже приятно.

Лена опустилась на скамейку и обхватила голо­ву руками, физрук присел рядом.

Что-то случилось?

Мама с папой из головы не выходят. А еще к нам тетка приходила, она с ними в Нигерии ра­ботала. Какая-то странная — мне показалось, что она у нас в доме искала что-то, а потом дед отдал ей папины бумаги...

Зачем?

Она сказала, что эти бумаги помогут осво­бодить папу и маму. Обещала позвонить, но так и не позвонила.

— А есть ее номер? — Степнов полез за мо­бильником. — Давай наберем сейчас. Недоступ­на... Но не расстраивайся, может, все не так, как


ты себе представляешь.

Он положил руку Лене на плечо.

— Кулемина, ты помни: если что, я рядом.

Дома Аня отрезала прямо со сковородки кусок яичницы и, обжигаясь, запила горячим чаем.

Может, сядешь и поешь нормально? Ты ведь никуда не опаздываешь. И хватит облизывать пальцы! —возмутилась Анина мама, выкладывая в раковину апельсины, морковь и свеклу.

Мам, ты что, не с той ноги встала? Рас­слабься!

Я хочу, чтобы твоя жизнь была прекрас­ной! — заявила Ирина Петровна. — А у меня раз­грузочный день, так что не расстраивай меня.

Ты на диету села?

А что тут такого? Хочу быть в форме.

Странно. Раньше ты об этом не думала, — тихо произнесла Аня и, услышав звонок телефо­на, подняла трубку. — Мам, это тебя. Какой-то Иван.

Ирина Петровна, наспех вытерев руки, схвати­ла трубку и затараторила:

— Алло? Да, это я. Ой, совсем забыла. Сегодня


договаривались? Ждешь уже час? Куда мне подъехать? Не надо? Ты под окном? — Она выглянула за занавеску. — Вижу. Я спускаюсь!

Анина мама скинула фартук и побежала в свою комнату. Открыла шкаф, вывалила всю одежду на кровать и стала по очереди прикладывать к себе разные костюмы.

Мне лучше в брюках или в юбке? — спроси­ла она у Ани, застывшей на пороге.

Мам, ты куда? Что это за хмырь?

Это не хмырь, а Иван Андреевич — друг молодости. Он за мной ухаживал, а я уже тогда была в отца твоего влюблена. Он вчера меня в магазине окликнул, а я его не узнала. Столько лет прошло! Очень интересный мужчина. Ну, как мне этот костюм?

Он тебя старит.

А платье?

Полнит, — недовольно ответила Аня. — А как же папа?

А вот это меня совсем не волнует. Твой папа устроил свою жизнь, а я чем хуже?

А как же я? — не унималась Аня.

А ты со мной. — Ирина Петровна достала но­вые перчатки, схватила платье и вышла в коридор.

А если папа вернется?

Он не вернется, он уже выбрал.

Ну а если не выбрал?

Это уже его проблемы, — нервно ответила Анина мама, надевая сапоги на высоком каблуке.

Лера сидела у Наташи дома и лазила в Интер­нете в поиске чего-нибудь интересного.

— Наташка, смотри, вот это тема, — сказала она, открывая очередной сайт. — Клуб «Изна­нка» приглашает окунуться в мир ночных при­ключений. Это какие-то любители бродить по заброшенным местам и добывать улетные фотки,


всякий трэш. Вот, смотри...

Лера открыла фотографию старого полуразру­шенного дома.

Мрачновато, — скривилась Наташа.

То что надо! Так, фотик у тебя есть, нужен еще фонарь.

Я никуда не пойду. — Липатова помотала головой.

Ну, Наташенька, это же здорово — адрена­лин. Vine нужны новые впечатления, ну пожа­луйста! Ты же не бросишь подругу одну? — Лера давила на жалость.

А если с нами что-нибудь случится?

Мы осторожненько все разведаем, а если что, дадим деру.

Ну не знаю... Куда ехать-то надо?

Лера быстро откопала адрес клуба, и через час девчонки стояли возле старого трехэтажного особняка с мансардой. Парадная лестница почти полностью разрушилась, козырек над входом покосился, а обшарпанную дверь украшала надпись, сделанная краской из баллончика: «Welcome to Hell».

Отлично — добро пожаловать в ад! — ух­мыльнулась Наташа. — Где там твои члены клуба «Изнанка»?

Наверное, ждут нас внутри. Нафоткали уже всего, а мы, как всегда, опоздали. — Лера ре­шительно направилась к двери, волоча за собой

Наташу.

Девчонки зашли внутрь и включили фонарики. В тусклом свете ничего нельзя было разобрать, только вдалеке слышались чьи-то шаги.

Лер, ты слышала? — напряглась Наташа.

Это привидения — я в журнале читала, что они водятся в таких домах, — с невозмутимым видом заявила Новикова.

Прекрати, я сейчас уйду.

— Уж и пошутить нельзя. Пойдем, трусиха. —


Лера направилась в глубь дома.

Остановившись в одной из комнат, девушки посветили на стены, пытаясь что-то разглядеть.

Не понимаю, что в этом интересного? Сплошная рухлядь, — сказала Наташа, огляды­ваясь по сторонам.

Я сама не врубаюсь пока, — кивнула Лера. — Надеюсь, члены клуба нам объяснят.

Где-то скрипнула дверь, и Наташа в страхе при­жалась к подруге.

— Лер, мне это все не нравится. Вдруг здесь

маньяки водятся?

— Натаха, не ной, без тебя тошно.

Неожиданно налетел сквозняк, и дверь в ком­нату с грохотом захлопнулась. Лера и Наташа за­визжали от страха и выронили фонарь. Он упал и погас, оставив девчонок в полной темноте. До­бравшись до двери, Лера попыталась ее открыть, но тщетно — дверь заклинило.

Что нам теперь делать? — испуганно спро­сила Наташа. — Телефон тут не берет, а фонарь разбился.

Откуда я знаю? Сама придумай, — вспыли­ла Лера.

Это ты меня сюда притащила, ты и приду­мывай. Если бы не ты, я бы сидела дома в тепле и уюте.

Ну и сидела бы, чего поперлась?

Это ты меня уговорила.

Тихо! — Лера прислушалась: за дверью кто-то ходил.

Девчонки замерли, стараясь не издавать ника­ких звуков.

Тихо кругом. Ты уверен, что тебе не показа­лось? — спросил один голос.

Точно голоса отсюда были. Затаились. Ниче­го, все равно найдем и возьмем тепленькими. От нас еще никто не уходил, — заверил второй голос.

Ой, мама. — Наташа побледнела, сползла по стене и хлопнулась в обморок.

Лера попыталась было ее поднять, но тут дверь открылась и в лицо ей ударил мощный луч фонаря.

...Женин папа поднял трубку телефона и побаг­ровел.

— Драку устроила? Успеваемость снизилась? Да, Елизавета Матвеевна, я все понял. В понедель­ник у директора в девять часов. Всего хорошего!


Не волнуйтесь, мы примем меры.

Женя стояла рядом, стыдливо опустив голову и глядя в пол.

И как это понимать? — взревел отец.

Она это заслужила.

Да мне на нее наплевать! Ты хочешь остаться без медали? — Владимир Петрович с силой стук­нул кулаком по столу. — Я день и ночь работаю ради тебя! Не ем и не пью. За английский твой бешеные деньги плачу, скоро найму репетитора по русскому.. Твоя задача — окончить школу с медалью и поступить в юридическую академию! Попробуй только не поступить на бюджет —

убью!

Женин папа встал во весь рост и, как будто он произносил речь с трибуны, сказал:

Юрист — это путевка в светлое будущее! Тебя ждет зарплата в тысячи долларов!

Зарплата — это еще не все, — вставила

Женя.

— Да что ты в этом понимаешь? Пятнадцать лет назад в России не было ни одного миллионера, а теперь это родина олигархов! Если девушка не­


красива, ей надо быть умной вдвойне! Запомни.

- Что? Я уродина? — воскликнула Женя. — В таком случае мое место в зоопарке. Я знаю, кем я буду после школы работать — слонопротирщиком! И буду счастлива!

Она схватила с вешалки куртку и, выбежав на улицу, отправилась в сквер, где они гуляли с Аней. По дороге Алехина звякнула подруге — од­ной сидеть было бы слишком скучно.

Женя, что случилось? — обеспокоенно спросила Аня, подходя к скамейке и садясь рядом.

Ты не представляешь, что у меня дома было. Отец меня чуть не убил.

Бедная... И что ты теперь делать будешь?

Ничего, посижу тут, пока отец перебесится, а потом домой пойду.

— А я написала по адресу, который был на той


книге. Помнишь, мы нашли? И мне даже ответ


пришел. Теперь я знаю, кто такие буккроссеры, — похвасталась Аня. — Сейчас даже зачитаю тебе: «Буккроссеры — это люди, помешанные на книгах. Они не просто читают, а еще занимаются «книговоротом», то есть обмениваются книж­ками весьма необычным способом: оставляют в кафе, в скверах, в метро, чтобы их прочитало как


можно больше народу. «Прочти и подари книге


свободу!». Главное, чтобы нашедший книгу чело­век увидел специальную надпись на последней странице, где указано, у кого она была. И чтобы этот человек оставил свою надпись. Каждый хо­чет, чтобы путь его книги был длинным и с при­ключениями. А уж если она переберется через границу — это высший пилотаж!»

Интересно, а какой в этом смысл? — спро­сила Женя.

Наверное, они таким образом хотят поде­литься своими впечатлениями, — предположила Аня. — А еще мне написали, что можно встре­титься сегодня в кафе «Под мухой» на Пушкин­ской. Пойдем?

Пойдем, — обрадовалась Женя.

Когда девчонки шли по скверу, у Алехиной за­звонил мобильный.

Алло? Какая разница, где я? — резко отве­тила она, но тут же поменяла голос. — Хорошо, мамочка, я скоро буду. Ань, я не смогу пойти. Мама там плачет...

Конечно, иди домой, я потом тебе расска­жу, — пообещала Аня.

Мама Антона накрыла стол и поставила на се­редину огромный торт.

У нас что, сегодня праздник какой-то? — удивился Маркин.

Да, — загадочно улыбаясь, ответила мама, — у нас с твоим отцом сегодня годовщина свадьбы.