– О чем ты? – резко повернулся к ней Юрий. – Ты все о подарке? А чего меня спрашивать? Я ж тебе не муж! Хочешь – переезжай в эту Москву… поближе к любовнику!

– Я с тобой! – затормошила подругу Лёлька. – Вместе откроем парикмахерскую, точно? Я скажу своему Викеше… я ему скажу… Да ну его к чертям! Ничего я ему говорить не буду! Чего я ему докладывать каждый раз должна?! У меня там и новый Викеша будет, правда же, московский! У твоего же этого Ярищева… любовника есть друзья, правда же?

– Да с чего вы взяли, что Ярищев любовник-то?! – разозлилась Ирина. Вся ее задумка свернула в ненужное русло. – Александр Ярищев… ну просто мы жили с ним в одном подъезде!

– И он теперь чего, всех своих соседей в Москву перетаскивает? – фыркнул Юрий. – Да и какой подъезд! Его биографию во всех журналах печатали, та еще звезда! И никогда он у нас не жил, а все время проживал в Санкт-Петербурге! Как родился, так и живет там по сей день.

– Вот! А квартиру мне купил в Москве! – обрадовалась Ирина. – Значит, не любовница я ему никакая!

– Вот черт, как обидно-то… – вздохнула Лёлька. – Ир, а ты помнишь, когда ты меня с ним знакомила, ну когда я еще пьяная в дугу была, он на меня как смотрел? Он вот так глазами не делал? А вот так? Может, он и мне подарит парикмахерскую, раз уж и не любовник никакой, а?

– Да никакой он не любовник!! – взорвалась Ирина. – Он… ну ты представь, давно это было… Зима, кругом снег, елки такие большие…

– А елки откуда? – открыла рот Лёлька.

– Так лес же! Ты не перебивай! – рявкнула на нее Ирина и, закатив глаза, стала продолжать тоном сказочницы: – Снег, холод, мороз трещит, и никого! А я пошла погулять. Иду себе, и вдруг – пещера! Я туда – а там!..

– Медведь! – испуганно воскликнула Лёлька.

– Сама ты медведиха!.. Там Ярищев лежит. И весь такой молодой, в крови, в щетине, весь голодный, меня увидел и – «пи-и-и-ить», тихонько так. А я вижу – нельзя ему пить…

– Правда что, не на фуршете же… – поддакнула подружка.

– …И вижу, он весь кровью так и истекает, так и истекает… Ну, чего думать, я этого Ярищева на санки, сама на лыжи – и пошла!

– Ирка, – напомнила Лёлька. – Ты ж на лыжах не стоишь!

– Я и тогда не стояла, я шла! – рявкнула Ирка. – Ну будешь слушать?!. Вот, значит, тащу я его, тащу… а он на саночках там помаленьку умирает, умирает, а я к нему подойду, по щекам его хлесь, хлесь и дальше его тащу. А он мне – «бро-о-о-сь меня, добрая девушка, бро-о-о-ось». Ну, значит, тащу, и вдруг сторожка! А там как будто мой отец тогда лесничим работал. Ну и я забегаю, а там никого! Папа на работу уехал, ну и… пусто! Я к рации! «Первый, Первый, как слышите меня, прием!» – а они ни фига и не слышат.

– Ир, ну чего ты врешь-то? – снова не выдержала верная помощница. – Ты по рации и слова не скажешь! Там же надо – та-ти-та-ти-та! Там же по-иностранному надо, по Морзе.

– Вот я и говорю – они меня не слышат! Тогда я хватаю сотовый телефон и кричу: «Куда вы все подевались?! У меня тут Ярищев умирает!» Ну потом, конечно, самолеты налетели, врачей навалило целую кучу, стали его спасать, а спасать уже и поздно – у этого Ярищева вся кровь по дороге вытекла. И тогда я! Ложусь вот так на кровать! И протягиваю руку! Берите, говорю, мою кровь, мне не жалко! Ну а те, конечно же, обрадовались – чего не взять, если человеку не жалко? Ну и выкачали у меня… трехлитровый бидончик. Еще ведь как знали, с собой бидон привезли! Ну и все, как моя кровь к нему полилась, так он сразу глазами захлопал, подскочил и говорит: «Спасибо тебе, Ирочка! Теперь ты моя сестра навеки! Как только разбогатею, стану известным, обязательно тебе дом в Москве подарю!» Ну и подарил. Так что… никакой он мне не любовник.

И сказочница выжидательно уставилась на напряженную спину Юрия. Юрий не выдержал ее взгляда – видно, даже через рубашку жег, повернулся и наивно захлопал чернющими ресницами:

– Ну и сколько тебе дали? – спросил он.

– Чего? – не поняла Ирина. – Денег? Нисколько. Я ж тебе говорю – я бесплатно дала, даром.

– Да я не про кровь. Сколько тебе дали за сценарий вот такой сказки для младшего школьного возраста? Или ты не посылала ее в издательство? Только что сочинила?

– А чего, Ир? – вытаращила глаза на подругу Лёлька. – Правда, пошли в издательство, а? Вдруг заплатят?

– Какая сказка? – обиделась Ирина. – Вы же сами слышали: мне Ярищев подарил дом! Ну не дом, квартиру… Слышали ведь? Значит, подарил! А чего он просто так разбазаривать квартиры в Москве будет? Значит… значит, я ему жизнь спасла, ясно же! Только теперь мне надо посоветоваться с Терентием. Обрадовать его нежданным богатством и сообщить, что мы срочно переезжаем в Москву, там нас никто не отыщет.

Юрий вытер полотенцем руки, с силой брякнул полотенце на стул и хлопнул кухонной дверью, а затем и входной.

– О, хлопает еще… – буркнула Ирина.

Непонятно отчего, у нее где-то внутри поселилось гадкое ощущение, что она кого-то незаслуженно обидела.

– Побежал братишку искать… сказать, что мне дом подарили… – снова пробурчала она.

– Ты думаешь, он скажет? – с сомнением посмотрела на подругу Лёлька.

– А то! Яблонька от этого… от тополя недалеко падает…

– Да и пусть он хоть кому рассказывает! Чего нам теперь какой-то братишка, – отмахнулась Лёлька и принялась тормошить Ирину. – А когда мы в Москву переезжать будем? Нам надо побыстрее, а то знаешь как там бесхозные дома теряются? Не успеешь глазом моргнуть, а его уже и прибрали!

– Каким ты глазом собралась моргать, горе мое?! – не выдержала Ирина. – Куда ты собралась? У тебя вон телефон мигает полчаса, наверное, Викеша с ума сходит, а она в Москву намылилась! Домой!

– Не… а чего домой-то? – выпучилась Лёлька. – Мы ж договорились!

Ирина ничего не стала объяснять. Потом. А то чего доброго эта дурёха сорвет ей всю операцию… по избавлению от гражданского мужа.

Конечно, Ирина думала, что Юрий прямиком направится если и не к самому Терентию с потрясающей новостью, к его мамаше – точно. А лучше нет способа распространить слух, чем передать его через чужие уста. Поэтому Ирина теперь сидела дома и терпеливо дожидалась, когда же объявится кто-нибудь из господ Дуль! Однако в этот вечер никто так и не объявился. Не было никого и утром. Даже Юрий не пришел, а мог бы! Ведь уже кончилась картошка и надо было съездить на базар.

Зато на следующее утро на работе Ирку встретили будто нобелевского лауреата.

– Привет!! – кинулась к ней Валюшка. – Чего-то у тебя прическа совсем распалась, садись ко мне, я тебе химию меленькую сделаю, ты же знаешь, у меня она получается просто замечательно!

– Да на фиг ей твоя химия! Сейчас такое никто не носит! – возмущалась со своего места Дашка. – Ир, а чего у тебя и в самом деле с прической беда? Садись ко мне, поправлю, потом расплатишься, да и все! А то вдруг Ярищев заглянет, а ты как бабушка с тефтелькой на голове!

– Ир, а чего Ярищев и правда вот так взял и дом подарил? – не верила Маруся.

– Ну Маруська! Я тебе чего – врать стану? – обижалась со своего места Лёлька. – Он прям при мне и звонил, правда ж, Ир? Мы вместе поедем! Я уже потихоньку от Викеши вещи собираю… Девчонки! Ни у кого нет большого чемодана?! Вера Серафимовна, у вас же был!

– Лёлька! – ухватилась за голову Ирина. – Ты сдурела! Успокойся и посмотри на меня внимательно. Я. Никуда. Не еду. Никуда, поняла? И дом мне никто не дарил. Никто! С чего это мне станут дома какие-то дарить, сама-то подумай!

– Да я еще вчера об этом подумала, но ты ж сказала, что… что на лыжах!.. – чуть не плакала от расстройства Лёлька.

Подруга уже всерьез решила поменять судьбу и теперь никак не хотела от этой мечты отказываться.

– Ты сама говорила! – хваталась она за мечту обеими руками. – И между прочим, это даже Юрий слышал!

– Да я специально для него и говорила! Ну неужели не ясно? – не могла уже сдерживать себя Ирина.

– Так я не поняла… – протянула Валюшка. – Это Лёлька опять, что ль, нас всех развела? Ну, блин! В следующий раз такую лапшу тебе на голове навешаю!.. Не, ну надо же, а я уже и диск этого Ярищева сбегала купила, хотела тебя, Ир, попросить, чтоб он расписался.

– Ха! А я сразу поняла, кто-то из них врет, – усмехалась Дашка. – Думаю, чего б Ирке врать, она не вруша, значит, опять Лёлька!

– Лёлька! – тут же придумала Аленка. – Ты должна реабилитироваться!

– Это в депутаты, что ли? – не поняла Лёлька. – Можно подумать, я вру так же, как они!

– Да не баллотироваться, глупенькая! А реабилитироваться! – подхватила Дашка. – То есть очиститься, вернуть себе былой авторитет. То есть взять и сегодня же вечером притащить сюда пару бутылочек хорошего винца. А еще – креветочек королевских…

– Вино с креветками – фу! – сморщилась Маруська. – Но идея красивая! Беги, Лёлька.

Вместо Лёльки в магазин побежала Ирина. Неудобно было, по ее вине Лёлька выставилась перед всеми как заправская вруша. Правда, если б подруженька была чуточку поумнее, да язычок держала чуточку за зубами… Но ведь старых друзей не выбирают. Скажи мне, кто твой друг… Нет, эта пословица сюда явно не подходит.

Вечером, когда поток клиентов иссяк окончательно, девчонки закрылись в салоне и быстренько соорудили столик. Ирина удрала от веселых подружек, придумав, что сегодня у них с Терентием важное дело.

Она торопилась домой, так как была просто уверена – Терентий уже сидит перед телевизором и в нетерпении щелкает пультом. Такая фишка, как московская квартира, ни за что не могла его оставить равнодушным. И даже если он не поверит во всю эту чушь с подарком, он непременно придет и выяснит все подробности лично. Ну не такой он человек, чтобы разбрасываться деньгами.

Однако и в этот вечер Терентий к ней не наведался.

– Вот черт, неужели Юрий ничего ему не сказал? – не могла найти себе места Ирина. – И для чего я тут только старалась?

Утром она позвонила Лёльке, и та немедленно прибежала. Конечно, подружке пришлось кое-что долго объяснять, повторять и даже записывать на листке, но в конце концов она проиграла нужную сценку без единой помарки. Только после этого Ирина протянула ей телефонную трубку:

– Алле? Это Павлина Пав… Леонидовна? А скажите, Ирина у вас не появлялась?.. Нет?.. Странно, она хотела к вам зайти… Да понимаете, ей тут один поклонник дом в Москве подарил… ну так, не дом, а трехкомнатную квартиру, а она все думает, одной ей ехать или с Терентием… Нет, она б и одна поехала, да только, сами понимаете, большой город, никого знакомых… Так она и думала, что с Терентием поедет! Но ведь он куда-то подевался! Ну хорошо, я попробую ее еще поискать… Ой, я прямо и не знаю, ей же надо срочно в Москву ехать, там же недвижимость, сами понимаете, чуть рот откроешь… Ну хорошо, если она появится, я вам позвоню… А уж если вы ее раньше… Вот зараза, трубку бросила. Ир, она больше меня не слышала, трубку бросила, чего делать? Еще раз звонить?

– Нет, больше не нужно, ты и так ей все успела сказать, – успокоила Ирина. – А теперь срочно на работу. Они не должны меня здесь застать.

Пока подруги одевались, в комнате разрывался телефон.

– Вот, видишь, – кивнула на него Ирина. – А ты говоришь, «не слышала»! Ты погоди, сейчас еще и Терентий звонить начнет.

Они выскочили за двери, оставив несчастный телефон на «радость» соседям.

На работе у Ирины несколько раз звонил сотовый, и высвечивалась надпись «муж». Муж был настойчив, и телефон пиликал до тех пор, пока Ирина не соединилась и не проговорила отрывисто:

– Терентий, у меня тут такие дела! Мне сейчас дико некогда! Поговорим дома!

– Ирочка! – верещал в трубку Терентий, точно раненый. – Ни секундочки не задерживайся! Ты на работе? Бросай на фиг свою работу! Срочно беги домой, срочно!!

– Я не на работе, – тихо ответила Ира и мстительно отключила телефон.

– Ну и чего он? – спрашивала любопытная Лёлька. – Придет?

– Да он уже пришел, мне кажется, – хмыкнула Ирина. – Кричит, чтобы я быстрее домой прибегала. Сам, главное, где-то столько дней шарахался!..

– Правильно! И ты теперь столько же шарахайся! – дала ценный совет Лёлька.

– Ну не-е-ет, – прищурилась Ирина. – У меня сегодня другие планы.

Она так разрисовывала себе сегодняшний вечер, что совсем не заметила, как в кресло к ней уселся мужчина.

– Здесь не мужской зал, а дамский, – сухо бросила она, раскладывая бигуди.

– А мне плевать, какой это зал, – нахально ответил мужчина. – Потому что я не в салон пришел, а к тебе!

Он лихо крутанулся на кресле и оказался Стожаровым.

– Ир, скажи, ну что тебе, правда нужна эта квартира? – тихим голосом спросил он. – Ира! Поехали со мной! Там у тебя будет не какая-то квартира на первом этаже, а огромный дом! Большой сад! В саду весной будут цвести яблони, потом распустится сирень, а потом все вокруг накроет ковром из цветов. И… любой каприз за твое сердце, ну поедем!