— Подумай, Грэхем. Сейчас у нас есть возможность изменить жизнь нашей дочери. Я не могу ждать тебя вечно.

— Давай я сэкономлю тебе немного времени. — Я наклонился вперед. — Перестань ждать.

— Ты не знаешь, что говоришь. Как ты можешь так просто закрыть дверь перед такой возможностью?

— Ты закрыла дверь, Женевьева. Ты закрыла ее и выбросила ключи.

— Я совершила ошибку!

— Ш-ш-ш. Ты ее разбудишь, — сказал я. Закрыв глаза, чтобы не потерять самообладание, я сделал глубокий вдох и сказал: — Я всегда буду любить Хлою. Тебя, как ее мать, всегда буду уважать. Но ты потеряла свой шанс на будущее со мной в тот день, когда решила предать мое доверие. Я хочу, чтобы у моей дочери было самоуважение. Я должен подавать хороший пример. — Я не мог больше терпеть этот разговор, поэтому подошел туда, где висел мой пиджак, и надел его. — Мой водитель снаружи. Мне нужно вернуться обратно в офис. Спасибо за ужин. Я приду завтра вечером.

* * *

В моем кабинете было темно, за исключением небольшого света от зеленой настольной лампы. Я теребил часы и ни о чем больше не мог думать, только о гребаной куче газет, которая дразнила меня через весь кабинет.

Последнюю неделю я постоянно запрещал себе даже думать о том, чтобы просмотреть колонку «Спросите Иду» в поисках любых возможных подсказок о настроении Сорайи. После признания в своей грусти перед Хлоей и ссоры с Женевьевой, я чувствовал себя слабее.

В итоге, я перенес пачку газет на свой стол и, как одержимый, просмотрел каждую колонку «Спросите Иду». После тщательного анализа больше дюжины ответов, ничего не показалось необычным. Пока я не перешел к двадцатому ответу.

Женщина писала с вопросом: должна ли она порвать со своим парнем, которого сильно любила, чтобы он мог вновь сойтись с матерью своего ребенка. Ради ребенка. Я посмотрел на дату — это было близко к тому дню, когда мы расстались. Остальные детали точно описывали то, что произошло у меня с Женевьевой.

Мое сердце начало бешено колотиться в груди.

Имя: Тереза из Бруклина.

Тереза — имя ее мачехи.

Если и были какие-то сомнения, что Сорайя написала этот вопрос, то ответ только все подтвердил. Ида посоветовала расстаться с парнем и предложила «Терезе» обыграть все так, будто она изменила ему, чтобы бедный дурак мог легче ее забыть.

«Думай головой, а не сердцем», — посоветовала Ида.

Я швырнул газету через кабинет. Все начало обретать смысл.

Сорайя солгала.

На самом деле, она не встречалась с этим итальяшкой. Просто притворялась. Гнев на ответ Иды перешел в эйфорию. Еще никогда в своей жизни я не был так счастлив, узнав, что кто-то обманул меня.

Я снова перечитал начало вопроса.

«Я встречаюсь с мужчиной почти два месяца и уже сильно влюблена в него».

Она влюбилась в меня.

Сильно.

Я замер, скованный шоком, затем сильным облегчением, а потом переполняющим желанием просто добраться до нее.

Я тоже это чувствую, малышка. Так чертовски сильно.

Я немедленно взял телефон и набрал ее номер.

Гудки шли, но потом звонок перешел на голосовую почту.

Я набрал снова.

То же самое.

Затем написал сообщение.


Грэхем: Где ты?


Спустя пять минут она не ответила. Я написал снова.


Грэхем: Мне нужно тебя увидеть. Ты дома?


Я больше не мог ждать, схватил свое пальто и позвонил Луису, чтобы он меня забрал.

Когда мы приехали к квартире Сорайи в Бруклине, она все еще не ответила. Посмотрев в окна, я увидел, что света нет.

Черт, где она?

— Куда дальше, сэр? — спросил Луис, когда я вернулся в машину.

— 8-я Авеню. Тату-салон Тига.

Когда мы приехали, я велел Луису ждать снаружи. Мне понадобится машина наготове, когда я узнаю у Тига, где она.

Тиг докуривал свою сигарету.

— Костюмчик! Какого черта ты здесь делаешь? Уже поздно. Мы закрываемся.

— Где она?

— Ее здесь нет.

— Где она? — повторил я громче.

— Она в Калифорнии с Делией.

— В Калифорнии?

— Ага. Они отправились в девчачью поездку. Только вдвоем.

— Где они остановились?

— Я не скажу тебе, где они остановились. Ты ее гребаный бывший!

— Мне нужно позвонить в отель. Она не отвечает звонки. Позвони Делии и скажи, что мне нужно поговорить с Сорайей.

— Нет.

Я подошел к нему вплотную.

— Дай мне информацию, Тиг. Ты не представляешь, на что я способен в таком состоянии.

— О, я знаю на что ты способен, красавчик. Ты выбил челюсть моему кузену Марко.

Кажется, Тиг понял, что облажался. Его кузен. Он в этом замешан.

— Он не ее парень, так?

— Я этого не говорил.

— Я прочитал гребаную колонку Иды, Тиг. Я знаю, что Сорайя все это подстроила. Признаешь ты это или нет, но я знаю правду. Тебе надо сказать мне, где она.

— И что, ты собираешься заказать свой модный частный самолет до Калифорнии? С твоими деньгами, я позволю тебе нанять частного детектива. От меня ты не узнаешь ничего.

Он не оставил мне выбора, поэтому я направился к маленькой коробочке, спрятанной в углу салона.

— Что у нас тут? Твоя заначка с травкой? Готов поспорить, копы будут рады узнать об этом.

— Ты этого не сделаешь…

— Я сделаю что угодно, чтобы добраться до Сорайи. По мне видно, что я шучу?

— Иисусе, у тебя глаза как у гребаного демона.

— Скажи мне, где она, Тиг.

Он со злостью прокрутил сообщения на телефоне и записал на листке бумаги адрес, прежде чем бросить его мне.

— Здесь. Это квартира брата Делии в Хермоса-Бич.

Я прижимал листок к груди, пока шел обратно к двери.

— Спасибо. Без обид. Я бы на тебя не настучал. Сорайя бы тогда со мной больше не заговорила, а я не могу рисковать, потому что чертовски сильно люблю эту женщину.

— Неважно, МБП. — Впервые Тиг выглядел так, будто поверил мне. Он покачал головой и слегка улыбнулся.

* * *

Я сел на ближайший коммерческий рейс до Лос-Анджелеса.

Когда я приехал к квартире, там никого не было. Телефон Сорайи все еще был выключен и звонки переводились на голосовую почту — так же, как и телефон Делии. По крайне мере, я знал, что они сюда вернутся. По словам Тига, они останутся здесь еще на несколько дней.

Прогуливаясь по пляжу, я решил, что мне надо дать ей знать о своем присутствии здесь. Я начал писать сообщения, изливая душу, хотя она и не ответила ни на одно из них.

Я ни на что не обращал внимания и каким-то образом налетел на накачанного парня, выгуливавшего маленького пятнистого козла.

Какого черта?

— Смари, куда идешь, приятель, — сказал он с австралийским акцентом.

— Прости, мужик. Сегодня я сам не свой.

— Ты в порядке?

— Я кое-кого ищу.

Он понимающе кивнул.

— Женщину.

— Как ты догадался?

— Ты напоминаешь мне меня пару лет назад. По уши влюбленный в мою Обри, я бродил по пляжу, не замечая никого вокруг. Знаешь, все наладится, если так суждено.

— Почему ты… выгуливаешь козла?

— Это длинная история. Если хочешь пройтись с нами, я расскажу тебе подробности. Отвлекись от своей женщины ненадолго… пока не найдешь ее.

Его звали Чэнс Найтмен. Бывшая звезда футбола в Австралии, сейчас жил в Хермоса-Бич. Он рассказал мне историю о том, как встретил свою жену Обри на заправке в Небраске. Они вместе поехали в увлекательную поездку, а потом расстались на долгое время. Но, в итоге, все закончилось хорошо.

Я поделился с ним своей историей. Одним большим сходством в наших историях было то, что мы встретили наших женщин в необычных местах.

— Подумай об этом, приятель. Таких совпадений не бывает. Австралиец и чопорная принцесса из Чикаго встретились в какой-то глухомани в Небраске. Она оказалась моей родственной душой. А ты… ты сказал, что обычно не ездишь на поезде. Но по какой-то причине поехал на нем тем утром. Ты должен довериться судьбе. Все предрешено. Не важно, сегодня или через два года, если суждено, так или иначе, это случится.

Чэнс посмотрел на телефон.

— Должен бежать. Ты отличный малый. Если с твоей дамочкой все образуется, прежде чем уедешь, своди ее на завтрак в заведение у нашего дома.

Этот парень, возможно, был самым харизматичным из всех, кого я встречал.

Я улыбнулся, казалось, впервые за целую вечность.

— Может, я и воспользуюсь твоим предложением.

Он хлопнул меня по плечу.

— Удачи, приятель.

Будто бы прощаясь, его козел выдал долгое:

— Бе-е-е-е.

Качая головой от изумления, я наблюдал, как он уходил вместе с животным. Затем написал еще одно сообщение Сорайе, хотя не был уверен, получила ли она остальные.


Грэхем: Я только что столкнулся с мужиком, выгуливающим гребаного козла.

Глава 32

Сорайя


Делия принимала душ. Для меня это единственная возможность посмотреть, смогу ли я найти свой телефон. Она согласилась выключить свой, мы прожили без телефонов уже сутки, и у меня началась серьезная ломка.

Обыскав ее сумку, я не могла поверить, что все было так просто. Она положила его в самое очевидное место. Должно быть, она мне доверяла, хотя и не должна была.

Я включила телефон и увидела несколько пропущенных голосовых сообщений и смс.

И все от Грэхема.

Мое сердце екнуло.

Что-то случилось?

Прокрутив к началу цепочки сообщений, я нервно сглотнула и начала читать.


Грэхем: Где ты?

Грэхем: Мне нужно тебя увидеть. Ты дома?

Грэхем: Ты солгала. Я все выяснил.

Грэхем: Ты забыла кое о чем важном, когда сделала то, что считала правильным. Ты не можешь заставить меня разлюбить тебя.

Грэхем: Если я несчастлив, моя дочь это чувствует. И она почувствовала. Я знаю, ты думаешь, что твоя жизнь была бы лучше, если бы твои родители были вместе, но ты не думаешь, что могло быть только хуже? Если бы твой отец присутствовал физически, но был в депрессии и ломке, так как желал другую женщину?

Грэхем: Хлоя поймет, что моя любовь к тебе не имеет ничего общего с моей любовью к ней. Твой отец облажался. Я буду учиться на его ошибках. Ты поможешь мне. Мы сделаем это вместе.


Мое сердце стало бесконтрольно колотиться, когда я прочитала следующее сообщение.


Грэхем: Я только что приземлился в Хермоса-Бич. Еду к тебе.

Грэхем: Черт. Тебя нет дома. Скажи, где мне найти тебя.

Грэхем: Я вернусь.

Грэхем: Я на пляже. Думаю только о том, как сильно мне хочется снова держать тебя в своих объятиях, поцеловать и сильно шлепнуть по твоей заднице. Как ты вообще умудрилась додуматься, что мне может быть лучше без тебя?


Последнее сообщение было бессмысленным, но заставило меня улыбнуться.


Грэхем: Я только что столкнулся с мужиком, выгуливающим гребаного козла.

* * *

Бедная Делия… Ее голова была вся в шампуне, когда я вломилась в ванную, бессвязно бормоча о сообщениях Грэхема. Я ждала, что подруга разозлится, так как я нарушила наш договор о запрете на мобильники, но она не злилась. Сполоснувшись, она выскочила из душа и нашла меня в спальне, копающейся в чемодане в поисках чего-нибудь другого вместо грязных, нестиранных несколько дней треников, которые были на мне.

— Ты как?

— Я ошибалась. Мне не стоило принимать это решение за нас. Я люблю его, Делия. Грэхем прав. Я бы не забрала его у Хлои. Я бы стала для нее еще одним человеком, который ее любит. Я не Тереза. Я хочу быть частью жизни Хлои. Прошлой ночью я поняла, что оплакиваю потерю не только Грэхема. Я также потеряла маленькую девочку, которую люблю.

— Что ты собираешься делать?

— Упасть на колени и умолять о прощении.

Дел рассмеялась.

— Он мужчина. Если ты встанешь на колени, то не сможешь ни о чем умолять. Твой рот будет слишком занят.