Берни проснулся с ощущением легкости во всем теле. За время болезни он совершенно разучился ориентироваться во времени и не понимал, сколько дней пролежал в состоянии немощности. Сегодня впервые он почувствовал прилив сил и желание выйти посмотреть на белый свет. Не приглашая никого, он сбросил пижаму, натянул рубашку и брюки, ставшие удивительно свободными в поясе. Подтянув ремень на одну дырочку, он застегнул пряжку и довольно потер ладони.
В доме никого не было. На пустой кухне царили чистота, порядок и тишина. От плиты шел ровный жар, что свидетельствовало о том, что ее топили утром. Наверное, все позавтракали и ушли на улицу.
Берни осторожно вышел на парадное крыльцо. Ноги вздрагивали от слабости, словно у старика. От свежего воздуха слегка кружилась голова. Придерживаясь за перила, он присел на чистую ступеньку.
Стояла сладкая пора бархатного индейского лета. Кончался сентябрь. Он понял это по реющим в воздухе серебристым паутинкам. Они сверкали в воздухе, уносимые ветром на запад, сверкали на земле, траве, кустах, на стене дома. Серые паучки на длинных ножках семенили куда-то, спешили, словно торопливые, целеустремленные путешественники. Воздух был чист и до невозможности прозрачен. Сильно пахло прелыми листьями и грибами, которых в сосняке росло великое множество.
Вдыхая и выдыхая чистый воздух, Берни Дуглас чувствовал, что каждый вдох наполняет организм необычайной легкостью и бодрит. Сидя на верхней ступеньке крыльца, молодой человек щурился от солнца, блеска паутинок, золота осенних листьев кизила, бересклета, папоротников и неспешно осматривался.
Звуки присутствия людей доносились со стороны кузницы и загонов. В ближнем к мастерской загоне бегали и суетились молодые лошадки. Прогретая за лето земля щедро отдавала свое тепло. Берни расправил плечи и сладостно с хрустом потянулся. Решительно поднявшись, спустился и сделал первый шаг по земле, поросшей невысокой травой. Ботинки почти тотчас же покрылись налетом золотистой пыльцы. Это цвела и пылила карликовая полынь. Она будет цвести и пылить до первого снега, и даже осенние заморозки ей нипочем.
Подойдя к кузнице, молодой человек заглянул в темный проем, привыкая к полумраку помещения, освещенного всего лишь пламенем раскаленных углей в кузнечном горне. Фрэнк Смитт, нахлобучив старую фетровую шляпу и прикрывшись длинным кожаным передником, поворачивал на наковальне кусок раскаленного добела железа. Рони Уолкотт с размаху бил по намечаемым Фрэнком местам. Мужчины изготавливали подкову из бесформенного куска раскаленного метала. Оливия стояла на рычагах мехов, нагнетая воздух в горячий горн. Мисс Сара и Роззи отдыхали, сидя на деревянных обрубках, расставленных в помещении вместо стульев.
Увидев Берни в дверном проеме, все замерли. Первой опомнилась Оливия. Она соскочила с рычагов и бросилась к парню:
— Берни, дорогой мой, ты пришел в себя?! Я так рада! — она подбежала к нему, приветливо улыбаясь.
Берни бережно обнял ее за плечи, заботливо заглянул в раскрасневшееся лицо, отвел со лба намокшие от пота кудряшки.
— Ливи, крошка моя, ты не устала? — потом обвел взглядом всю компанию и поинтересовался: — Скажите джентльмену, отставшему от жизни, какой сегодня день недели?
— Суббота! — послышался в ответ ему дружный хор.
— Может быть, мы немного раньше начнем новую неделю и объявим после обеда самый длинный в году первый день недели. Начнем воскресенье уже сегодня?!
— Повод вполне серьезный! — согласился Рони Уолкотт. — Босс вернулся с того света!
— Бросай молоток, папа! — Оливия подбежала к отцу, взяла у него из рук молоток и положила на наковальню. Несформированная подкова постепенно остывала, металл покрывался темной окалиной.
Рони Уолкотт отставил молот в сторону. Подошел к Берни, пожал ему руку:
— С возвращением, патрон!
— Спасибо, брат!
Компания выбралась на улицу из тесного полутемного помещения.
— Завтра воскресенье, Рони! — многозначительно глядя на индейца, сказал Берни Дуглас. — Ты понимаешь, о чем я говорю?!
— Все понял, босс! — Рони как всегда был спокоен, и его бесстрастное лицо не выражало никаких эмоций.
Утром в воскресенье Рони Уолкотт оседлал двух лошадей и отправился в Смоки-Хилл. Ничего не понимавшая Оливия с удивлением проводила его взглядом:
— Мисс Сара, вы не знаете, куда отправился Рони?
— Не знаю, мисс Оливия! — но при этом негритянка загадочно улыбнулась, сидя на табурете и сбивая свежее масло.
Спустя час после отъезда Рони мисс Сара закончив все дела на кухне, постучала в дверь комнаты Оливии:
— Мисс Оливия, можно войти?! — негритянка приоткрыла дверь и, осторожно заглянув, вновь поинтересовалась: — Можно войти, мисс Оливия? Я не помешаю?
— Входите, пожалуйста, мисс Сара, мисс Роззи! — Оливия сидела на стуле возле кровати и отбирала белье для починки.
— Мисс Оливия, оставьте это все! Прошу вас, давайте лучше пересмотрим все ваши платьица. Возможно, у вас есть что-нибудь подходящее к данному событию?!
— Что вы имеете в виду, мисс Томсон? — Оливия отложила вещи в сторону и в удивлении поднялась: — Какое событие вы имеете в виду?
— Мисс Оливия, не волнуйтесь! Рони Уолкотт скоро привезет священника, и тот вас обвенчает. Негоже вам оставаться незамужней, мисс Оливия!
— А Берни знает об этом?! — сердце Оливии застучало тревожно. Голова закружилась от волнения. — Надо найти Берни Дугласа. Может быть, он больше не хочет жениться на мне, мисс Сара?!
— Хочет, хочет! — в дверях появился сам Берни Дуглас в черном нарядном костюме, белой рубашке и черном галстуке с блестками. — Еще как хочет! — он обнял Оливию за плечи и нежно поцеловал в щеку. — Видишь, Оливия, я уже готов!
— А почему я о собственном венчании узнаю последней?! — Оливия обиженно посмотрела на Берни. Она не знала, что сказать! Девушка даже не знала — была ли она сейчас счастлива. Горло сжимало от подкативших слез. Не так она представляла свою свадьбу и свое венчание, но все-таки была тронута.
— Прости меня, любимая моя Ливи! Свадьбу мы отметим немного позднее, возможно — к Рождеству. Я понимаю, что для девушки это очень и очень важное событие! Не думай, что оно неважно для меня! Но я так люблю тебя, что не могу больше жить без тебя, а ты в последнее время сторонишься и не хочешь оставаться со мной наедине… Ты меня разлюбила, Ливи, дорогая?!
— Берни Дуглас, скажи — ты собираешься венчаться со мной только потому, что я жду от тебя ребенка?! — Оливия замерла, отведя взгляд в сторону и напряженно ожидая ответа.
— Ливи, девочка моя! Посмотри мне в глаза, дорогая моя, прошу тебя!
Берни крепко сжимал ее руки, и она чувствовала, что его пальцы вздрагивают от волнения… Медленно вздохнув, Оливия посмотрела ему в глаза. Взгляд его выражал нежность и обожание. Он отлично понимал, какого ответа она ожидает. Ожидали его ответа и мисс Сара с Роззи. И отец Оливии Фрэнк Смитт, который замер в дверном проеме, напряженно глядя на молодую пару.
— Да, я хочу венчаться поскорее, потому что ты ждешь ребенка! Но не это главная причина. Больше всего на свете я хочу просыпаться и каждое утро видеть тебя рядом, Оливия! Хочу видеть свою любимую и самую близкую мне женщину на всем белом свете!.. И еще я понял, что жены вернее тебя мне никогда и нигде не найти!.. Но я ухожу, потому что жених до венчания не должен видеть свою невесту в свадебном наряде!.. Пусть это условности, но давай все сделаем так, как принято! Ты согласна, Ливи, крошка моя?!
Оливия огляделась. На нее с напряжением уставились три пары любящих глаз. И тоже с нетерпением ожидали ее ответа.
— Согласна! Я согласна! — еле слышно прошептала Оливия.
— Громче, громче, нам совсем не слышно, мисс Оливия! — негритянка хлопнула в ладоши и весело закружилась по комнате.
— Я согласна! — глаза Оливии радостно засветились. — Согласна! Но ты же знаешь, Берни Дуглас, какая я глупая, скандальная, вздорная! И еще притворщица! Помнишь?! — она покраснела, вспомнив их прошлые стычки и баталии.
— Я все равно люблю тебя, Ливи! И рад, что мы, наконец, пришли к общему согласию! Мы с мистером Фрэнком Смиттом будем ожидать на крыльце.
Мужчины вышли, оставив женщин в комнате. Оливия дрожащими руками распахнула дверцы встроенного в стену шкафа. Там висели все платьица, которые отец подарил ей в предвкушении того дня, когда ей исполнится восемнадцать лет.
Они выбрали белое платье с отделкой из кремовых кружев. Оливия надела белье, в котором когда-то так неожиданно предстала перед сраженным ее видом Берни Дугласом, попутно рассказав об этом знаменательном событии Саре и Роззи. Они слушали ее и весело смеялись. Но Оливия помнила тот день, когда всем на ранчо было не до смеха, и понимала, насколько изменила ее жизнь за последние два месяца. Она теперь с трудом верила, что прошла этот тернистый путь рождения их отношений с Берни. И не знала, смогла бы когда-нибудь снова повторить это все!
На дворе послышались крики, топот подков, выстрелы. С гиканьем и ржанием к крыльцу мчались оседланные лошади.
— Мисс Сара, этот сумасшедший опять что-то натворил!
Оливия кинулась на улицу в подвенечном платье и белых туфельках, но Сара отстранила девушку от двери:
— Стойте, мисс Оливия! — и сама выбежала на крыльцо.
Оливия распахнула окно. Выглянуть ее подталкивало нестерпимое любопытство.
Рони Уолкотт, остановив коней, уже помогал спуститься с Джоли джентльмену в черном сюртуке со связанными впереди руками. Лицо приезжего было закрыто платком, только глаза сверкали негодованием и гневом:
— Что вы хотите от меня, молодой человек?! — заговорил он, как только Рони развязал платок и надел на голову этому мужчине его широкополую пасторскую шляпу. — Меня ждут прихожане! Зачем вы привезли меня сюда?! Немедленно верните назад!
— Обвенчаете молодых людей, и я доставлю вас на место в целости и сохранности, святой отец! И волоска не упадет с вашей драгоценной головы! — Рони Уолкотт по-прежнему хранил бесстрастное выражение лица, но Оливия видела давно знакомый ей лукавый блеск серо-зеленых индейских глаз.
— Я подам на вас в суд, негодяй! — пастор разгладил полы сюртука, поправил белый галстук под воротником черной рубашки. — Я не готов к совершению таинства, мистер охотник!
— Господь Милосердный, Рони Уолкотт, ты похитил пастора из церкви перед воскресной службой?! — мисс Томсон всплеснула своими пухлыми Руками и хлопнула в досаде себя по бокам.
— Не перед, а во время воскресной службы! — недовольно сообщил священнослужитель. — У меня полная церковь прихожан! А этот дикарь врывается в подсобное помещение и начинает уговаривать меня поехать на какое-то горное ранчо, милочка! Что я должен был подумать?! — продолжал негодовать мужчина. — Это возмутительно! Скоро сюда явится полиция! Я уверен, что за нами отправят погоню! Вас растерзает толпа возмущенных прихожан!.. — когда же Рони подошел к нему со склоненной головой, священник прекратил шуметь и поинтересовался слегка испуганно: — Что вы хотите от меня, сын мой?!
— Раскаяться в грехах и попросить благословения!
— Похвально, сын мой, что вы раскаялись!
Но священник уже не смотрел на индейца, замершего перед ним в покорной позе кающегося грешника. Он смотрел на крыльцо дома, откуда спускалась по ступенькам невеста с просительной и нежной улыбкой на юном лице. Рони Уолкотт проследил за взглядом священника и замер, также зачарованный.
— Добро пожаловать в наш дом, ваше преподобие, сэр Джон Калверт! Меня зовут Оливия Эстер Гибсон, сэр! Простите во имя Христа моего горячего и непредсказуемого брата, сэр! Вы ведь не хотите, чтобы будущие прихожане вашей церкви сожительствовали во грехе?! Вот он и сделал это только ради меня! А не из-за злого умысла! И прошу вас, ваше преподобие, благословите это непредсказуемое дитя Господне — Рони Уолкотта, а также благословите и освятите наш брак с мистером Берни Дугласом, — и Оливия с милой улыбкой повернулась к застывшему возле крыльца Берни.
Фрэнк Смитт смотрел на свою дочь с изумлением и гордостью. Его божья коровка, козявочка, так прекрасна и обходительна! Он никогда и не подозревал, что в ней столько мужской уверенности (как это ни странно!) и прелестного женского обаяния. Она все больше удивляла его и ставила в тупик — эта маленькая, но решительная хозяйка горного ранчо «Клин Крик». И, по всей видимости, ей очень нравилась ее новая роль.
Совершенно растаявший от умиления, пастор при всем своем возмущении не смог ей отказать:
— Конечно, конечно, дочь моя! Вы правы!.. Куда пройти, чтобы подготовиться?!
— Мисс Роззи, пожалуйста, проводите его преподобие сэра Джона Калверта в столовую.
Шагая за Роззи, священник скрылся в доме. Следом за ними направились Берни Дуглас и Рони Уолкотт.
"Странное наследство" отзывы
Отзывы читателей о книге "Странное наследство". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Странное наследство" друзьям в соцсетях.