Гвен и Кэм вернулись в дом, а Кэти повела Макса познакомиться с фургоном. Гвен заменила обивку дивана-кровати и разместила вдоль одной стены красивые деревянные ящики и шкафы.

– Поверить не могу, что она отдала мне Нанетту, – вздохнула Кэти.

– Я тоже, – согласился Макс, не выказывая восторга, которого, по мнению Кэти, заслуживала Нанетта.

– Куда ты хочешь поехать? – спросила Кэти. – Как насчет Франции? Или Италии?

– Если ты думаешь, что это ржавое ведро довезет нас так далеко… – начал Макс.

– Не груби. – Кэти похлопала фургон по крылу. – Ты обидишь ее чувства.

– Чудачка, – нежно сказал Макс. – Полагаю, у нас достаточно денег на ремонт. Даже после выплаты долгов у меня еще остается кое-что от отцовских часов.

Кэти похолодела. Она и думать забыла о бедном Оливере Коуле.

– Не понимаю. Почему он успокоился? Я так и не вернула ему часы.

– Может быть, его остановила мысль, что он забыл драгоценности на десять тысяч штук в сумке с бельем для стирки. Может быть, знал, что сделает жена, и не мог вынести мысль, что их выбросят. То есть, если бы я потерял десять штук, это точно не давало бы мне покоя. – Макс притянул к себе Кэти. – Или часы оказались совсем не те, которые он хотел. Может, он просто хотел, чтобы кто-нибудь знал, как он умер.

– Ты имеешь в виду, что он просто произнес «часы»… – Кэти задумалась. В своих снах она несколько раз наблюдала, как умирает Оливер Коул, и не понимала, что происходит. Теперь стало ясно: это Александр опробовал свое первое владение. Устроил тренировку. Она представила, как он входит в Оливера Коула и остается в нем, чтобы посмотреть, что будет дальше. Кэти села. – Ты знаешь, что я оживила призраков? Означает ли это, что я убила мистера Коула?

– Ты о чем?

– Думаю, это был Александр, проверявший свои силы. Думаю, именно из-за этого у Оливера Коула случился сердечный приступ.

– Наверняка ты этого не знаешь.

Кэти покачала головой.

– Он был таким холодным. Как будто из морозилки. Ты знаешь, что это значит. Если бы меня не было в «Грандже», мистер Коул никогда бы не умер.

– Ты ни в чем не виновата.

Кэти прислонилась к Максу, опустила голову ему на плечо. Она всегда считала, что, располагая всей информацией, можно уберечь себя от ошибки. Теперь она знала, что это невозможно. Как бы ты ни старался, всего знать нельзя. Теперь оставалось только находить утешение в ощущении руки Макса, обнимающей ее за плечи, в привычном запахе дизельного топлива и трав и теплом свете ее силы, свернувшейся клубком внутри.

– Итак, – спросила она через секунду, – ты вернул часы?

– Не волнуйся. Я за них заплатил. Их оценили в двести пятьдесят, поэтому я сделал денежное пожертвование. – Он посмотрел на нее, с нетерпением ожидая одобрения.

Кэти заметила неуверенность в его глазах и прикоснулась к щеке.

– Ты все правильно сделал.

– Я не хочу, чтобы у тебя сложилось неверное представление о моей реформированной натуре. Двести пятьдесят – лишь малая часть их настоящей стоимости, – сказал Макс. – Если бы я перековался полностью, то назвал бы их действительную цену.

– Спорный вопрос, – не согласилась Кэти. – Прежде всего, в первую очередь они принадлежали тебе. – Тут у нас серая зона…

– Мне надоела серая зона, – сказал Макс, повернувшись так, что его лицо оказалось в дюймах от ее лица. – Я всю свою жизнь прожил в серой зоне и хочу, чтобы это изменилось. Я хочу быть с тобой, хочу стать лучше.

– Это хорошо, но я рада, что ты сберег часть денег.

Макс обнял ее за талию и посмотрел в глаза.

– В самом деле?

– В самом деле, – подтвердила Кэти, наслаждаясь теплом его руки. – Ты можешь использовать их для оплаты обучения в университете, если решишь изучать математику, или начать бизнес, или отправиться в путешествие, или как хочешь. Новый старт. И, если останется достаточно, можешь пригласить меня на ужин.

– Я пригласил тебя на свидание лет сто назад, не так ли?

– Да, – сказала Кэти. – Но я тебя прощаю. Ты был занят.

– Ты очень мне нравишься, – неуверенно сообщил Макс. – Очень.

– Я знаю. – Кэти улыбнулась, любуясь его ртом и наслаждаясь теплом в его глазах. Ну и пусть у него было сомнительное прошлое. Идеальных нет.

– И если мы все еще нравимся друг другу после четырех месяцев в этой жестянке, то, думаю, мне следует остаться.

– Правда? – спросила Кэти, сияя от счастья, как солнечный свет.

Макс улыбнулся.

– Можешь мне поверить.

Благодарности

Эта книга могла бы не появиться, если бы не вдохновение и редакторская поддержка Салли и Виктории в HQDigital. Спасибо также моему чудесному агенту, Сэллиэнн Суини, за неизменную помощь и энтузиазм. Я благодарна моим друзьям и семье за понимание, а Холли и Джеймсу за установленный с любовью и заботой «Мамин дедлайн». И наконец, спасибо моему брату, Мэтью, за полезные разговоры и вкусное пиво.

Дейву, с любовью.