Кейтлин разобралась с обоймой и выпустила несколько пуль. Даниэль сделал последний рывок, скользнув окровавленными пальцами по стеклянной колбе.

— Подожди! — крикнула девушка и выстрелила.

Осколки стекла осыпали каменный пол, полетели в разъяренные морды тающих в воздухе гепардов, а Даниэль наконец ухватил черный алмаз. Рычание стихло.

— Даниэль! — Кейтлин подбежала ближе, но молодой человек лишь слабо шевельнулся. На нем не было живого места. Одна кровоточащая рана.

— Кажется, мы их победили, — через силу усмехнулся он, попытался сесть и… не смог.

Девушка закусила губу. Она боялась произнести вслух то, о чем думала, но Даниэль озвучил ее мысли сам:

— Дальше тебе придется одной. Я уже никуда не пойду, боюсь, мне осталось немного. Возьми камень.

Глава 11

Девушка протянула руку к окровавленному алмазу, чувствуя, как по щеке сползает слеза. Губы тряслись, а голова кружилась. Не так Кейтлин представляла в мечтах поиск древних артефактов. И уж совсем не думала, что попытка найти каталог барона Маккензи закончится чьей-то смертью. Хотелось реветь в голос, но девушка сдерживалась, поэтому рыдания вырывались из горла глухим, клокочущим звуком. Даниэль не был ей братом или другом, она его практически не знала, но смотреть, как умирает молодой, красивый мужчина, не могла. Закрыв глаза, Кейтлин опять всхлипнула, а когда открыла, местность вокруг изменилась. Снова подземный лабиринт, но гораздо светлее, коридоры шире, а стены украшают побледневшие от времени фрески. Рядом с девушкой на полу все так же лежал Даниэль. Его рубашка была разодрана, но кровь исчезла.

— Что за черт! — пробормотал молодой человек, приподнимаясь на локтях и спешно ощупывая себя руками. — Я думал, что умираю! Точнее, был уверен, что умру! Я же чувствовал, как звери меня раздирают на клочки. Адская боль, вкус крови на губах, пот, застилающий глаза… Я ощущал, как становится трудно дышать. Я знал, это конец! Старый козел играет с нами! — зло выплюнул он последнюю фразу.

— Господи, слава богу, вы живы!

Кейтлин вытерла слезы со щек и, сунув алмаз, все еще испачканный запекшейся кровью, в карман, порывисто обняла Даниэля. Впрочем, тут же, засмущавшись, отпрянула в сторону, заметив очередную насмешливую улыбку.

— И все равно я рада, что все обошлось, — надулась она.

— Я ни в чем не уверен. Думаю, это только начало.

— О чем вы? — Девушка сама не могла понять, что происходит. Даниэль немного пришел в себя. Он вскочил с пола и теперь бегал из стороны в сторону по коридору. Светлая рубашка выбилась из-за пояса, верхние пуговицы расстегнулись, а темные непослушные волосы растрепались. Вид из-за этого молодой человек имел донельзя растерянный. Он даже выглядел моложе.

— Джон всегда любил игры. — Даниэль попытался убрать волосы с лица и вновь собрать их в хвост. — Но сути этой я понять не могу.

— Я тоже. Но в любом случае мы не разгадаем загадку, сидя на месте. Нам нужно найти выход, — вздохнула Кейтлин и двинулась по коридору. — Вам не кажется, что проход очень похож…

— Да, на тот, в котором мы оказались в первый раз. Только антураж другой: факелы на стенах, рельефы. — Даниэль снова достал небольшой светящийся шарик и поднес его к стене, изучая картины и надписи на ней. На высоком смуглом лбу пролегла вертикальная складка. Кейтлин заметила — такое выражение лица у молодого человека бывает в минуты задумчивости. — Вырезанные символы мне кажутся знакомыми, — пробормотал он. — Вон ромб иллюминатов.

— Иллюминатов? Кто это? Я здесь вижу только масонскую символику, — проявила осведомленность девушка.

— Иллюминаты — одна из тайных организаций, связанных с масонами, но более древняя. По легенде, верховные рода иллюминатов — это рептилии, пришельцы из другого измерения. Их еще называют аннунаками, божествами, сошедшими с небес. Эти существа обладают способностью менять обличье на человеческое и ответственны за все тайные общества. Говорят, есть сотни очевидцев, наблюдавших, как они превращаются обратно в рептилий.

— По легенде? — дрожащим голосом уточнила девушка. Ей все больше не нравились эти катакомбы. — А на самом деле?

— На самом деле иллюминаты — это еще один тайный орден, хранящий множество секретов. Один из основных символов ордена — звезда Давида, вон она изображена на стене и на полу, прямо у нас под ногами. Эмблемой иллюминатов является пирамида с заключенным в нее глазом Гора или Люцифера — как раз этот символ вы сочли масонским, но это не совсем верно. В сочетании с другими рисунками на стенах он указывает именно на орден иллюминатов.

— А это хорошо или плохо? Ну, я имею в виду подобная символика? — уточнила Кейтлин, понимая, что начинает нервничать.

— Сложно сказать, — неопределенно отозвался Даниэль. — Я не знаю, к чему приведет нас коридор, исписанный символами иллюминатов, но один положительный момент тут все же есть.

— Какой?

— Несмотря на всю схожесть коридоров, мы попали в другое место. В первом тоннеле я не наблюдал ничего подобного.

— Похоже на то, — согласилась Кейтлин и махнула рукой, указывая направление: — Этой двери не было. Интересно, что за ней?

— Я бы предпочел, чтобы там находилось хранилище. Но вообще мне больше интересно не что за ней, а открыта ли она, — отозвался молодой человек и дернул за массивную дверную ручку в виде бронзового грифона, зажавшего в пасти толстое витое кольцо.

Тяжелая металлическая дверь поддалась словно нехотя, с протяжным скрипом. Кейтлин видела, как от усилия вздуваются мускулы на руках Даниэля, остатки тонкой рубашки натягиваются на спине, а на лбу выступают вены.

— Тяжелая, зараза… — констатировал факт молодой человек и бочком пролез в образовавшуюся щель. Девушка, присобрав широкие юбки, протиснулась следом, проклиная моду и вечную привычку ей следовать.

Огромный квадратный зал за дверью был хорошо освещен. В самом центре на постаменте стояла, раскинув руки, мраморная Дева Мария. Несмотря на изящность и хрупкость, изваяние выглядело монументальным, оно притягивало взгляд и возвышалось над множеством скульптур меньшего размера. На безмятежном, одухотворенном лице Девы блуждала едва заметная грустная улыбка, а на белоснежной матовой щеке мерцала одинокая слеза.

— Кого она оплакивает? — спросила Кейтлин, подойдя ближе и притронувшись к искусно выполненным складкам на ниспадающих одеждах статуи.

— Видимо, их, — махнул рукой Даниэль, указывая на ниши, расположенные в стенах зала. В каждой стояли каменные саркофаги: некоторые — просто вытесанные из глыб, а некоторые — украшенные резьбой и небольшими фигурками плачущих ангелочков. Статуи, хаотично разбросанные по залу, при ближайшем рассмотрении тоже оказались надгробиями могил поскромнее.

— Мы в усыпальнице? — с подозрением уточнила Кейтлин, чувствуя, что это место с каждой секундой ей нравится все меньше.

— По всей видимости…

— Но я не вижу выхода из зала. Зачем-то же мы сюда попали?

— Выход должен быть, — пожал плечами Даниэль и медленно пошел вдоль стены. — Возможно, здесь есть потайной ход. Нам необходимо его отыскать.

Кейтлин не рисковала подходить к гробницам ближе. Она как завороженная смотрела на статую. Дева была словно живая. Молочно-белая, словно мерцающая изнутри кожа, легкие складки одеяния, в глазах — молчаливый укор и тоска. Слеза, сначала показавшаяся искусной работой мастера, медленно сползла по щеке Девы, и Кейтлин задумчиво произнесла:

— Может быть, я скажу глупость, но, кажется, она оплакивает не их. Они тут уже слишком давно.

— А кого? — поинтересовался Даниэль. Свет померк, повеяло неприятным холодом, как от сквозняка, и со скрипом захлопнулась дверь.

— Нас… — со страхом в голосе произнесла девушка и снова взглянула на мраморную статую.

Тени стали резче, во взгляде Девы Марии появилась жестокость. Улыбка уже не казалась безмятежной, будто статуя знала, что сейчас должно произойти, и заранее скорбела по жертвам.

— Мне это не нравится! — Даниэль в мгновение ока оказался рядом. — И почему я не взял оружие? — Он охлопал себя по карманам, словно надеясь там что-то отыскать. — Нож и тот потерял в сражении с гепардами.

— Мой револьвер тоже бесполезен: я истратила все патроны. Как-то не предполагала, что их понадобится так много, — сокрушенно покачала головой Кейтлин.

Саркофаги открывались медленно, с тихим неприятным скрипом, обещающим скорую смерть. Первой Кейтлин увидала полуразложившуюся, обмотанную остатками ткани руку с когтями. Она показалась из-под массивной крышки ближайшего гроба. Кривые желтые когти заскребли по камню, оставляя на нем глубокие борозды.

— Что это? — завопила девушка, пытаясь спрятаться за спину Даниэля.

— Я думал, ты уже догадалась, — мрачно отозвался молодой человек. — Нам нужно спешить!

— Куда? — В голосе мелькнули истеричные нотки. Кейтлин затравленно оглянулась по сторонам и заметила, что приоткрылось еще несколько саркофагов. Совсем рядом показалась лысая голова с ошметками кожи на желтоватом черепе. Чуть дальше — нога в истлевшем сапоге и рваных штанах, а в одной из ниш мертвец уже наполовину выбрался. Его глаза безумно сверкали, и из груди раздавался неприятный клокочущий звук, словно оживший мертвец пытался что-то сказать, но не мог. Из полуразложившейся гортани вырывались только хрипы.

— Здесь где-то должен быть выход, — упрямо заявил Даниэль и кинулся к ближайшей стене, нажимая кирпичик за кирпичиком. — Уверен, тут есть скрытый механизм. Нужно только его отыскать!

— С чего ты это взял? — Кейтлин старалась не смотреть на мертвецов и держаться поближе к молодому человеку. Его сила и уверенность внушали слабую надежду.

— Джон последователен. Если он завел нас в этот лабиринт, значит, отсюда предусмотрен выход, если бы это было не так, мы бы уже умерли.

— А может, нам и нужно умереть? — предположила девушка и с ужасом посмотрела на медленно ползущего мертвеца. Если смерть от когтей гепардов можно было с натяжкой назвать героической, то быть сожранной ожившими мертвецами, даже для того, чтобы перейти к следующему заданию, не хотелось совсем. От одной мысли об этом начинало трясти.

— Я бы не стал рисковать.

Даниэль уже обшарил одну из стен и перешел к следующей, когда на него сзади с воем прыгнул один из мертвецов, вооруженный ржавым старинным мечом. Кейтлин, чувствуя себя предательницей, взвизгнула и отскочила в сторону. Девушка не отважилась кинуться на помощь спутнику — мертвецы внушали нечеловеческий ужас. Руки дрожали, а ноги подгибались, да и оружия у Кейтлин никакого не было. Впрочем, молодой человек справился сам. Извернулся, сбрасывая со спины мертвеца. Схватился за лезвие, с силой дернул на себя, пытаясь отобрать меч у противника, и… вырвал прямо с лихорадочно цепляющейся за него рукой. Даниэль не стал высвобождать рукоять от кисти, просто перехватил оружие поудобнее и снес мертвецу голову. Она с неприятным хрустящим звуком упала на пол и раскололась, словно перезревшая дыня. Кейтлин зажала нос, спасаясь от вони, и отвернулась, предпочтя не видеть тошнотворную картину. Но мертвяк был не один. Из своих прибежищ вылезло штук пять, и еще несколько с усердием сдвигали крышки саркофагов. Некоторые мертвяки оказались настолько старыми и хрупкими, что ломались при попытке выбраться из гробов. У них отваливались руки и ноги, но твари все равно упорно продолжали ползти в сторону живых людей. Первый раскрошенный Даниэлем скелет тоже не успокоился. Отрубленная голова смотрела злобно и кровожадно клацала зубами, тело суматошно нарезало круги и создавало беспорядок, мешая другим мертвецам и натыкаясь на надгробия.

— Ищи потайную дверь! — крикнул Даниэль, обращаясь к Кейтлин, которая испуганно озиралась по сторонам. — Я постараюсь нас прикрыть. Единственный шанс отсюда выбраться — найти выход. Этих тварей слишком много.

Мертвяки походили на стаю шакалов. Они заходили со всех сторон и сужали круг. Кейтлин лихорадочно нажимала на кирпичи, элементы рельефа, дергала за крюки, на которых висели факелы, и пинала плинтуса, а Даниэль прикрывал ей спину. Девушка чувствовала жар его разгоряченного тела и даже через платье ощущала намокшую от пота рубашку.

— Меня надолго не хватит, — хрипло выдохнул молодой человек и вскрикнул.

Девушка обернулась и обомлела. Мертвецы наступали. Многие из них превратились в суетливо копошащиеся части тел, но руки, ноги и обрубки туловищ все равно пытались подобраться к людям. Даниэль упал на одно колено и отмахивался от тварей подобранным двуручным мечом. Молодой человек уже не рубил, он использовал оружие как примитивную оглоблю, стараясь просто отогнать мертвецов на безопасное расстояние и выиграть несколько свободных секунд.

— Я не знаю, где выход, — всхлипнула девушка, понимая, что им не выбраться, и тут заметила странную вещь. — Даниэль! — воскликнула она. — Ты сможешь прорубить нам дорогу вон к тому саркофагу? Он единственный не открыт.