Джесс удивленно взглянул на него:

— Не знаю ничего лучше. Похоже, ты стараешься угодить мне?

— Может быть, — отозвался Зак, улыбаясь в бороду.

Джесс вернулся на кухню через некоторое время, влажные волосы отливали блеском, а лицо было чисто выбрито. Он надел свежую рубашку, висевшую на спинке стула. Зак поставил на стол миску с оладьями.

— Наворачивай, старина, не стесняйся, — кивнул он, наливая в кружку ароматный кофе.

Джесс в повторном приглашении не нуждался. Он проголодался, несмотря на то что вечером плотно поужинал.

— Что скажешь, если добавить к оладьям яйца с беконом?

— Звучит заманчиво, — пробубнил Джесс с набитым ртом. Зак поставил перед ним тарелку с беконом и сваренными вкрутую яйцами и присел на соседний стул.

— Так говоришь, что ночь была беспокойная?

— Да, Мэг ворочалась, но потом утихла, когда я… — Он покраснел и опустил глаза.

Зак откинулся на спинку стула.

— Пожалуй, я помогу Мэгги умыться. А ты спокойно завтракай.

Зак поднялся, задел стул ногой, схватился за грудь и страшно побледнел. Джесс немедленно оказался рядом и помог ему опуститься на стул.

— Что с тобой?

— Черт, не могу вдохнуть… Со мной такое случается. Сейчас пройдет.

— Я принесу свою сумку.

— Нет, не сейчас, док. Мне уже полегчало. Это всегда проходит.

— И часто с тобой такое?

— Да, частенько…

— Что происходит?

Оба мужчины повернулись к дверям, откуда послышался голос Мэг. Джесс тихо выругался, увидев, что она стоит в ночной рубашке, опершись о дверной косяк здоровой рукой. Он подошел, обнял ее за талию.

— Ради всего святого, зачем ты встала? Ты всегда такая непослушная?

— Теперь ты видишь, что я терпел все эти годы, — пробормотал Зак.

— Я не привыкла валяться в постели целый день, — проговорила Мэг дрожащим от слабости голосом.

Не давая ей возможности протестовать, он подхватил ее на руки и понес в спальню.

— Лежи. Тебе еще рано вставать. Я приготовлю воду и полотенца и помогу тебе помыться.

— Сама справлюсь, — буркнула Мэг. — И сколько же ты собираешься держать меня в постели?

Он ощупал ее внимательным взглядом, ничего не пропуская: ни смертельной бледности, ни темных теней под глазами.

— Пока не решу, что ты можешь встать.

— О чем вы говорили на кухне? — спросила Мэг. — Что-то не так с Заком? Он мне не нравится в последнее время, но молчит и не жалуется.

— Я хотел осмотреть его, но он отказался. Ты подумай прежде о себе. Ты голодна?

— Нет.

— Но поесть надо. Так, сначала мытье, потом завтрак. Предупреждаю, если будешь плохо есть, я сам стану кормить тебя. С ложечки. Понятно?

— Деспот, — огрызнулась Мэг. — Я не ребенок.

— Тогда докажи это. В этом доме кто-то должен подчиняться моим приказам или нет? Очевидно, тебе ничего не стоило обвести Зака вокруг пальца, но со мной этот номер не пройдет. Пока я здесь, ты будешь делать то, что я скажу. Ясно?

Зеленые глаза вызывающе сверкнули.

— Ты доктор, Джесс Гентри, а не Господь Бог.

— Правильно, я доктор, и ты обязана меня слушаться. Тиран, подумала Мэг, когда Джесс вышел из комнаты.

Почему он не понимает, что она не может долго валяться в постели? У них почти не осталось денег. Скоро зима, а запасы кончились. Несколько недель пройдет, прежде чем она сможет вновь заняться своим делом. Зимой никогда не знаешь, какая выдастся погода, и поэтому в это время она редко уходит далеко от дома.

Но сильнее всего Мэг тревожилась из-за болезни Зака. Она прекрасно понимала, что это за болезнь, хотя он старался все скрыть от нее. А если потребуются деньги на лекарства? Денег не хватит даже на то, чтобы оплатить экстренный вызов доктора. Она должна заработать за лето как можно больше.

Мэг все еще размышляла о болезни Зака, когда Джесс вернулся, неся кувшин с водой, таз, мыло и полотенце.

Джесс поставил таз на пол.

— Тебе помочь?

— Нет, спасибо, хотя… — Она покраснела и отвернулась. — Там под кроватью горшок. Джесс достал.

— Ты уверена…

— Уверена,. — процедила Мэг сквозь зубы. — Пожалуйста, уйди. Я прекрасно справлюсь сама.

Джесс криво улыбнулся:

— Я знаю, что не нужен. Вернусь попозже и принесу завтрак.

Мэг подождала, пока дверь за ним закрылась, и осторожно сползла с постели. Воспользовавшись горшком, она сдвинула его назад под кровать, намочила тряпку и намылила ее. Теперь она не беспомощна, и это ее радовало. Она быстро умылась, почистила зубы, торопясь закончить, пока Джесс не вернулся.

Джесс.

Может, ей все это приснилось, но ночью он обнимал ее, отгоняя прочь все страхи. Она обычно не помнила своих снов, а когда помнила, то они были похожи, как близнецы. Она решила, что Эрол больше не сможет обидеть ее, но все же продолжала его бояться. А присутствия Джесса, пусть даже в ее воображении, было достаточно, чтобы все страхи улетучились.

Мэг нахмурилась. Черт возьми, ей вовсе не нравилась эта зависимость! «Хотя… — думала она, нет ничего необычного в том, что порой пациенты привязываются к своим докторам». — О чем задумалась? — раздался низкий голос, и Джесс вошел в комнату, балансируя подносом на вытянутой руке. — Что, опять болит?

— Не больше, чем всегда. И не старайся всучить мне опий. Мне это надоело.

Джесс поставил поднос на постель.

— Не волнуйся, опий кончился.

— В Шайенне есть аптека, если ты захочешь пополнить свои запасы до отъезда.

Джесс криво усмехнулся:

— К сожалению, я на мели. — Он поставил поднос ей на колени и передал вилку. — Ты можешь есть левой рукой?

— Боль в правом плече уменьшилась, попробую есть правой.

— Тогда вперед, — приказал Джесс.

Мэг удалось справиться с едой, не испытывая боли, и она улыбнулась. «Я же смогла!» — говорил ее торжествующий вид. Вместо того чтобы уйти, Джесс пересел на стул.

— Я подумываю, не заняться ли мне частной практикой в Шайенне.

Мэг замерла с вилкой в руке.

— Да? И почему ты так решил? Джесс пожал плечами:

— Этот городок ничем не хуже любого другого. Я слышал, что он растет с каждым днем. Мужчины приезжают, привозя с собой семьи. Так что здесь наверняка найдется работа для доктора.

Мэг задумалась над его словами. Пожалуй, она бы предпочла, чтобы он остался. «Слишком быстро ты признала над собой власть мужчины», — упрекнула она себя. Зак не в счет, потому что он все равно что отец. Но Джесс — другое дело.

Да, похоже, она неравнодушна к нему. Он слишком красив и чересчур властен, окутан ореолом таинственности и, без сомнения, что-то скрывает. Если Джесс поселится в Шайенне, это будет напоминать ей, что она не так безразлична к мужчинам, как хочет показать.

Дела Мэг шли на поправку. Джесс уже позволял ей ходить по комнате, с каждым днем немножко больше, и Мэг Начала вставать и без его разрешения. Ее правая рука все еще была слабой, но рана болела только от усилий. Впервые после ранения выйдя на улицу подышать, она тут же увидела Джесса, чинившего забор.

Во рту у нее мгновенно пересохло. До чего хорош! Мускулы перекатывались под влажной от пота кожей. Мэг судорожно сглотнула. Возможно, Джесс не самый красивый мужчина на свете, но в первую десятку он входит, это точно. Дрожь пробежала у нее по спине. Воздух, казалось, был пропитан его энергией.

Он повернулся и улыбнулся ей.

— Чудесно выглядишь, Мэг. — Его взгляд скользнул по ее фигуре. — Тебе очень идет платье.

— Я не всегда ношу брюки. Только когда… работаю. Я чувствую себя очень хорошо, почти как до ранения. Ты не видел Зака?

— Он поехал в город искать работу.

— Что? Он же прекрасно знает, что ему вредна тяжелая работа. — Она замолчала, потом со вздохом произнесла: — У нас было все хорошо, пока ты не приехал.

Джесс бросил молоток и взглянул на нее:

— Ты хочешь сказать, до того, как тебя ранили?

— О… ну да, — смутилась Мэг. — Ты осмотрел Зака?

— Наверное, мне нужно лассо, чтобы заарканить его и заставить сидеть спокойно. Иначе я не смогу осмотреть его.

Мэг присела на ступеньки крыльца.

— Я не могу потерять его, Джесс.

Джесс сел рядом с ней. Ему было досадно слышать, как Мэг беспокоилась о здоровье своего любовника.

— Я сделаю все, что смогу, — пообещал он. — У Зака была непростая жизнь. Он не заботился о себе в молодые годы. Я не волшебник… И даже точно не знаю, что с ним.

— Но ты ведь узнаешь, правда?

— Могу попытаться.

— Это все, о чем я прошу.

— Мэг, я знаю, Зак сейчас не женится на тебе. Но ведь он может получить развод, чтобы сделать это.

Мэг с ужасом взглянула на него.

— Я никогда не выйду за Зака.

— Смешно, Зак сказал мне то же самое. Что это с вами? Нравится дразнить общество своим романом?

Мэг закрыла глаза и глубоко вздохнула. Ей потребовалось досчитать до десяти, прежде чем она смогла говорить спокойно.

— Если даже мне доставляет удовольствие дразнить общество, то это мое дело. Кто ты такой, чтобы учить меня жить? Ты мне никто. Понимаешь? Чужой человек.

Лицо Джесса перекосилось от злости.

— Возможно, я ничего для тебя не значу, но твои поцелуи говорят о другом. Ты отвечала мне, черт побери! И вся пылала в моих объятиях. Ты можешь то же самое сказать о поцелуях Зака?

— Я… нет. Ты не понимаешь, что связывает нас с Заком.

— Почему ты не расскажешь мне?

— Потому что ты слишком самоуверен и не поверишь мне. А что, твоя собственная жизнь так Образцова, что ты можешь судить других?

Джесс присвистнул:

— Здесь мне нечем хвастаться. К сожалению, я совершил несколько ошибок. Но мы оба знаем, общепринятые правила.

— Не одинаковы для мужчин и женщин. Люди знают, что ты живешь во грехе?

Она вскинула подбородок.

— Меня не волнует, что думают обо мне. Единственное, для чего я езжу в город, — посмотреть объявления о розыске. Шериф не возражает.

Джесс с интересом посмотрел на нее:

— И ты не хочешь того, к чему обычно стремятся молодые женщины? Мужа, дом, детей?

— У меня есть дом. Что касается детей, то они только помешают мне заниматься делом. Мне не нужен мужчина, который станет указывать, что я должна делать, а что нет. Скажи мне, у тебя есть жена, наверное, она где-то поджидает тебя?

— Нет.

— Невеста?

— Нет.

— Родители?

— Нет.

— Тогда, может быть, братья? — не отставала Мэг.

— Это самое дорогое, что у меня есть. Я сделаю все ради Рейфа и Сэма.

Но он не сделал. Он допустил, что его братьям пришлось спасаться бегством от закона, потому что не захотел признать себя отцом ребенка Делии Уингейт. В результате ее разгневанный отец обвинил его братьев в ограблении его банка. Черт, как больно даже думать об этом проклятом деле! Во время войны он не раз рисковал жизнью, переходя линию фронта, чтобы спасти раненых солдат. Но, оказавшись перед лицом вынужденной женитьбы, трусливо поджал хвост и сбежал.

— Расскажи мне о Рейфе и Сэме, — попросила Мэг.

Джесс задумался, стараясь воскресить в памяти их последнюю встречу. Какими они были тогда? Доведенными до отчаяния. Озлобленными, бегущими от властей.

— Рейф на год старше меня, Сэм на год моложе. Ближе них у меня никого нет.

— Где они сейчас?

— Я и сам хотел бы знать. Мы расстались несколько недель назад, потеряв свою ферму. Рейф поехал на запад, а Сэм на юг. Мы договорились встретиться в Денвере год спустя.

— А почему вы расстались? Ты никак не мог спасти ферму?

Джесс сжал губы.

— Я мог бы сделать одну вещь, но, к сожалению, не сделал. — Джесс помрачнел и отвернулся. — Теперь уже поздно.

Мэг заглянула ему в глаза и слегка озадачилась, заметив таившуюся в их глубине смесь вины и сожаления.

— Я не понимаю.

— Ничего удивительного. Моя вина слишком тяжела. — Он грустно улыбнулся. — Ну да хватит обо мне. Думаю, мы можем смело сказать, что первые шаги к выздоровлению тебе удались. Только не переутомляйся!

Мэг ощутила внезапную радость. Но, опустив глаза, сдержанно произнесла:

— Спасибо, доктор.

— Я имел в виду, пощади себя хотя бы пару недель. Поняла?

— Но я вполне здорова.

— Мне лучше знать.

Мэг сердито сдвинула брови и устремила взгляд в даль.

— О, посмотри-ка, Зак.

С растущей тревогой Джесс наблюдал, как Зак приближается к ним. Чем ближе он подъезжал, тем больше Джесс сознавал, что дела у приятеля Мэг — хуже некуда. Лицо приняло пепельный оттенок, плечи безвольно опущены. Он держался в седле так неуверенно, что казалось, вот-вот свалится.

Нога Зака выскочила из стремени, и он бы грохнулся на землю, если бы Джесс вовремя не подоспел.

— Спасибо, док, — бросил Зак.

Мэг подошла, чтобы помочь им, ее лицо светилось заботой.

— Как ты, Зак? Ты не должен был уезжать без меня.

— Нет, тебе еще рано, — вмешался Джесс.