— Если вы хотите выслушать мои объяснения, то, может быть, соблаговолите немного помолчать, чтобы дать мне возможность высказаться.

Джерард усмехнулся, испытывая извращенное удовольствие от того, что с ним обращаются, словно с нерадивым учеником. Забавно.

— О да, конечно, продолжайте, моя дорогая.

Он заметил, что ей стало не по себе из-за того, что он назвал ее «моя дорогая». Интересно, подумал он. Впрочем, она никак не прокомментировала его излишнюю фамильярность.

— Как я уже говорила, — продолжала она довольно язвительным тоном, — я считаю вас человеком порядочным. Я выбрала вас не случайно, а основываясь на том, что знаю достаточно о вашей семье и о вас. Что бы вы ни думали о моем предложении, пожалуйста, не считайте его необдуманным и поспешным.

— Как пожелаете. — Джерард глотнул еще вина. — Допустим, меня удовлетворили ваши объяснения. А теперь скажите, почему мне следует на вас жениться?

Миссис Деннис перекосило от услышанного. По всей видимости, камеристка Кэтрин Хоу выбор своей наперсницы не одобряла.

— Нет! — воскликнула Кэтрин Хоу, стремительно обернувшись к своей служанке. — Прошу вас, не говорите ничего, миссис Деннис. Капитан де Лейси имеет право задать этот вопрос. — Она вновь повернулась к Джерарду лицом и сделала глубокий вдох. — Судя по слухам, вы можете остаться без денег. Если вас сочтут бастардом, за вас едва ли согласится выйти девушка вашего круга из хорошей семьи и с хорошим приданым. Вы военный, но ваш чин — всего лишь чин капитана. Могу предположить, что вы не хотели бы выйти в отставку в этом звании, но чтобы подняться выше, нужны средства. Кроме того, мне представляется, что вам, никогда ни в чем не знавшим нужды, воспитанным с сознанием того, что вы можете позволить себе жить на широкую ногу, нелегко будет во всем себя ограничивать всю оставшуюся жизнь. На вашем месте любой здравомыслящий человек стал бы присматривать себе в жены наследницу, с тем, чтобы заключить с ней брак как можно раньше, пока скандальные слухи остаются слухами, а не свершившимся фактом. Если слухи окажутся пустыми, вы все равно — третий сын, и вам, так или иначе, нужна жена со средствами. Если же слухи окажутся правдой… — Кэтрин пожала плечами. — Ваши шансы найти богатую жену сейчас выше, чем будут потом.

— Хм. — Увы, она была права на все сто. Может, привлекательности в ней было не больше, чем в вареном пудинге, но мозгами ее Господь не обделил. — Но почему именно я?

— Мое состояние — больше ста тысяч фунтов, включая ту сумму, что должен мне Люсьен.

Действительно, солидный куш. Больше, чем он ожидал, и Джерарду пришлось сделать над собой усилие, чтобы ничем не выдать своего удивления. По ее лицу Джерард видел, что названная сумма была ее козырной картой, что она ожидала: услышав эту цифру, он придет в восторг и падет к ее ногам. И, черт возьми, она не просчиталась. Многие мужчины именно так бы и поступили на его месте, даже если бы их финансовое положение не было столь шатким, как у него сейчас. Презирая себя за беспринципность и корыстолюбие, Джерард боролся с искушением прямо сейчас принять ее предложение. Он действительно вынашивал планы найти богатую невесту — и вот когда он для этого и пальцем о палец не ударил, рыба сама плыла ему в руки, да не простая, а золотая. Все, что он мог сказать в ответ на ее предложение, — это «да» и еще раз «да».

Но с другой стороны, жизненный опыт подсказывал Джерарду, что бесплатный сыр чаще всего бывает в мышеловке. Перед тем как связать себя узами брака, неплохо бы подумать о последствиях, дабы не совершить роковой ошибки, и пример отца был тому наглядным подтверждением. Что ждет его, если он не найдет себе богатой невесты? Нищета. А что может быть хуже нищеты? Жизнь с постылой женой. У Джерарда были знакомые, продавшиеся за богатое приданое, а потом всю жизнь раскаивавшиеся в этой сделке. Кэтрин Хоу не казалась ему ни мегерой, ни истеричкой, но он был далек от мысли, что эта женщина станет тихой и безропотной женой, которая никогда не доставит ему неприятностей. Даже за сто тысяч фунтов он не согласится стать подкаблучником и, как честный человек, должен дать ей это понять прямо сейчас.

— Впечатляет, — сказал он будничным тоном. — Что еще? Брак — это не только деньги.

Впервые щеки ее окрасились румянцем.

— Я не буду требовать от вас слишком многого, капитан, и обещаю быть вам верной и преданной женой. Я постараюсь не слишком вас обременять. Знаю, что я не красавица и что я старая, и уже не в том возрасте, когда заводят детей. Но во всем остальном я не дам вам повода пожалеть о том, что вы на мне женились.

— Стало быть, воздержание от физической близости с мужем не входит в ваши намерения?

Румянец ее сделался гуще.

— Меня устроит и брак без физической близости… Но если вы настаиваете на большем, я соглашусь.

И тогда она будет лежать рядом с ним, словно деревянная кукла, подумал Джерард. Должно быть, она и вправду видела в нем последнюю надежду, если приготовилась пойти на такие жертвы. Неужели он настолько ей противен? А если нет, то почему она ощетинилась, словно еж, которого собрались съесть? Плотская любовь явно лежала вне сферы ее интересов. Джерард не видел необходимости принуждать жену к исполнению супружеских обязанностей, когда он с легкостью мог найти ту, что с удовольствием разделила бы с ним чувственные радости. И все же ему не хотелось привязывать себя на всю жизнь к холодной недотроге. Кто знает, возможно, если приложить чуточку старания, Кэтрин Хоу оттает и смягчится. Пожалуй, ее неприступные манеры даже интриговали — чем тернистее путь, тем слаще победа. Джерард, на свою беду, как раз был из числа тех, кто не любит легких путей.

— Хорошо, — сказал он. Что именно его устраивало: ее согласие делить с ним постель или то, что она не настаивала на физической близости между ними, — оставалось неясным. — Однако — простите мою обеспокоенность — ваше предложение сопровождается некими серьезными недомолвками. Вы навели обо мне справки. Надеюсь, вы и мне позволите навести о вас справки. Не располагая проверенной информацией, мне трудно всерьез рассматривать ваше предложение.

— Разумеется. — Кэтрин опустила руку в карман и достала запечатанное письмо. — Вы можете поговорить с адвокатом моего отца, у него контора в Сити. Он в курсе всех деталей. Это письмо наделяет его правом говорить с вами вполне откровенно. Надеюсь, этого будет достаточно.

Джерард взял конверт и, похлопав им по колену, задумчиво сказал:

— Пожалуй, этого хватит. — Разумеется, он не ограничится визитом к адвокату. К счастью, у Джерарда были и свои надежные источники, о которых он предпочел не упоминать. — Как мне следует уведомить вас о своем решении? Где ваш дом?

— Вы не можете прийти ко мне домой, — быстро сказала Кэтрин. — Каким бы ни был ваш ответ. Я… я сама вернусь сюда. Сколько времени вам нужно?

— Я не планировал оставаться тут надолго, — сказал Джерард, исподволь наблюдая за ней. Любопытно, отчего она вдруг так разволновалась? — У меня срочные дела в другом городе. Утром я намеревался покинуть Лондон.

Кэтрин не шевельнулась.

— Надо ли мне принимать ваши слова как отказ?

— Нет. — Джерард вертел письмо в руках, опасливо поглядывая на него, словно на обоюдоострое лезвие. Что это — решение его проблем или путь в пропасть? — У меня пока нет ответа.

— Я также хотела бы получить ответ как можно раньше, — сказала она.

Джерард посмотрел на нее.

— Чтобы в случае моего отказа вы могли, не теряя драгоценного времени, заняться поисками иного кандидата?

— Да. — Коротко и ясно.

— Хорошо. — Джерард выпрямился в кресле и слегка подался вперед. — Два дня? Три?

Кэтрин отпрянула — инстинктивная реакция на его движение, но кивнула:

— Да. Я могу вернуться через три дня.

— Полагаю, вы не примете мое предложение проводить вас домой?

— Нет, не приму. В этом нет необходимости. — Она встала, и Джерард встал следом за ней. Хотя ее трудно было назвать коротышкой, она доставала ему лишь до плеча. Пристально наблюдая за ней, Джерард заметил, что она исподволь смерила его взглядом, в котором промелькнула тревога. Откуда в ней эта скованность и зажатость? Может, муж ее бил?

— Спасибо, — словно преодолевая спазм в горле, сказала она.

Он поклонился, продолжая вглядываться в ее лицо.

— Похоже, это я должен благодарить вас. Я буду ждать вас через три дня.

Кэтрин молча кивнула, и Джерард направился к двери. У двери он обернулся и посмотрел на нее. Он поднял руку с письмом, на котором аккуратным мелким почерком было выведено его имя.

— Вы были уверены, что я скажу «да»?

— Нет. — Она нервно куталась в плащ, но взгляд его встретила спокойно. — Однако я была уверена, что вы захотите рассмотреть мое предложение.


Глава 3


Как только за дверью стих звук шагов капитана де Лейси, Кэтрин, задыхаясь от волнения, спросила у своей камеристки:

— Что ты думаешь, Берди? Какое он произвел на тебя впечатление?

Берди что-то недовольно буркнула и протянула руку за плащом.

— Решительный. Подозрительный. Не привык, чтобы им помыкали. Такой все ваши тайны вмиг разгадает.

— Но такой мужественный, — мечтательно сказала Кэтрин, устремив задумчивый взгляд на дверь. — И сильный.

Джерард де Лейси был высок, широкоплеч и имел ярко выраженное мужское начало. В нем не было ни капли жира, и все же он выглядел так, словно мог бы переломить ее как тростинку. Когда он протянул руку за письмом, она обратила внимание на его кисть и была потрясена ее размерами. Кэтрин помнила его высоким сухощавым юношей с мальчишеской улыбкой. Этому воспоминанию было больше десяти лет, но этот образ так прочно запечатлелся в ее памяти, что ей было сложно смириться с мыслью, что Джерард де Лейси стал совсем не таким, каким она его себе представляла. Для нее Джерард оставался все тем же — благородным и великодушным, даже по отношению к невзрачной, неуклюжей девушке, настолько стеснительной, что не могла с ним и двух слов связать. Кэтрин знала, что с тех пор не стала миловиднее, зато перестала робеть — иначе она никогда не сделала бы того, что только что сделала.

Разумеется, капитан мало напоминал жившего в ее памяти мальчика. Он нарастил пару десятков килограммов мышц, черты лица оформились, приобрели четкость. Он стал настоящим красавцем, грозой дамских сердец. Кэтрин подумала было, что Берди ошиблась и постучала не в ту дверь, когда в комнату вошел высокий импозантный военный. Лишь вглядевшись в его лицо с умным и несколько саркастичным взглядом, она узнала в этом взрослом мужчине того мальчика, которого так и не смогла забыть за двенадцать лет. Перед ней действительно стоял возмужавший Джерард де Лейси. Было ясно, что он совсем ее не помнит — впрочем, она на это и не рассчитывала, хотя в самом дальнем уголке ее сердца упрямо теплилась надежда. Конечно, наивно было предполагать, будто он сохранит пусть даже смутное воспоминание об их встрече. Хотя, может, и лучше, что он ее не помнит. Если бы она знала, как сильно он изменился, она, пожалуй, и не решилась бы на эту встречу.

А теперь назад пути нет. Наивно думать, что с ее весьма заурядными внешними данными ей удастся произвести впечатление на мужчину, наверняка избалованного женским вниманием. Следовательно, она может апеллировать лишь к его здравому смыслу Она предлагала ему обоюдовыгодное партнерство. Ему требовались деньги, а ей защита от притязаний Люсьена Хоу. Будь он рослым красавцем или невзрачным коротышкой, для нее это не имело решающего значения. Она остановила свой выбор на нем, поскольку знала, что его отец был человеком порядочным и, надо полагать, своих сыновей воспитал достойными людьми. И еще потому, что капитан нуждался в ее деньгах. А вовсе не за его физическую привлекательность. И нельзя позволять себе об этом забывать.

Кэтрин завязала тесемки плаща и надвинула капюшон так глубоко, что могла видеть лишь пол перед собой. Берди направилась к двери, выглянула в коридор и, лишь убедившись, что он пуст, шепнула Кэтрин, чтобы та выходила. С гулко бьющимся сердцем Кэтрин вышла во двор, где под деревьями ждал наемный экипаж. Если ее поймают с поличным, то ответ капитана уже не будет иметь значения, она все равно уже никогда не сможет вернуться в эту гостиницу, чтобы услышать его ответ.

Кучер дремал на козлах. Берди разбудила его, потянув за ногу. Кэтрин, предусмотрительно не приближаясь к кучеру, забралась в экипаж. Времени у них с Берди оставалось в обрез. В карете на сиденье Кэтрин оставила сверток. Достав ночную сорочку, она расправила ее и передала Берди.

— Вы говорили с ним дольше, чем рассчитывали, — заметила Берди, помогая Кэтрин снять плащ. — С ним что-то не так?