Через полчаса экипаж был готов, и Ева отправилась в «Голову короля». Это была большая и шумная гостиница, ее просторный двор окружала широкая стена. Выскочив из экипажа, она поспешила внутрь, не обращая внимания на любопытные взгляды конюхов и постояльцев. Ее сердце сжалось, когда хозяин гостиницы сообщил, что леди Хаттон еще час назад уехала в Лондон.

– А ребенок? С ними была девочка?

Он кивнул:

– Да, и мне показалось это странным, ведь сюда они приехали без ребенка.

Ева вернулась в экипаж, приказав Марку отвезти ее обратно в Лаурель-Корт и седлать ей лошадь. Она торопливо переоделась в амазонку и набросила на плечи шерстяную накидку, а затем сообщила Саре, что худшие опасения подтвердились: леди Хаттон забрала Эбигейл, и она собирается догнать их.

Сара попыталась спорить, убеждая Еву, что это безумие – ехать в Лондон, когда уже почти стемнело и в жарком летнем воздухе пахнет грозой. Поднялся сильный ветер, и в небе сгустились черные тучи.

– Я должна, Сара, – сказала Ева, натягивая перчатки, и поспешила вниз по лестнице.

– Возьмите хотя бы экипаж.

– Я быстрее догоню их верхом. Они поехали по дороге в Лондон, так что я знаю, в какую сторону мне надо двигаться. Они наверняка остановятся где-нибудь на ночлег, и я буду заглядывать во все гостиницы на моем пути.

– Но вы можете попасть в беду! – вскричала Сара, бросившись следом за Евой.

Ева резко обернулась к ней, ее лицо побледнело, и она сильно дрожала.

– Я должна это сделать, Сара. Никогда себе не прощу, если с Эбигейл что-нибудь случится. Мой муж оставил детей на мое попечение, и потому я должна вернуть девочку.

Сара смотрела, как она уносится прочь в бешеном галопе, и ее сердце сжалось от дурных предчувствий. В отчаянии она подобрала юбки и кинулась на конюшню, чтобы поговорить с мужем.

– Марк, ты должен ехать следом за ней! – закричала она, но с облегчением заметила, что он уже оседлал лошадь, собираясь догнать Еву.

Мрачная темнота окутала все вокруг, и ветер свистел ей навстречу, когда Ева стремительно мчалась за лордом и леди Хаттон. Сквозь шум ветра она слышала лишь громкий стук подков и бешеное биение своего сердца. Она останавливалась в каждой придорожной гостинице, справляясь о лорде и леди Хаттон, но их нигде не было.

Страх и отчаяние сжимали сердце Евы. А что, если они вовсе не поехали в Лондон. Они могли остановиться в гостях у друзей. И когда она подумала, что придется поворачивать назад, удача наконец улыбнулась ей.


В то самое время, как Ева скакала по дороге в поисках Эбигейл, в Лаурель-Корт подобно буре ворвался Лукас. Никто не знал, когда вернется лорд Стейнтон, он никогда и никому не сообщал о своих решениях. Вдохновленный своим успехом в Ньюкасле, он сгорал от желания увидеть Еву и, не захотев ночевать в Оксфорде, взял лошадь и поскакал домой.

Дом! Он с удовольствием произнес это слово. Он не думал о Лаурель-Корт как о доме с тех пор, как стал взрослым, но теперь все изменилось, благодаря его прекрасной жене, которая ждала его в стенах этого дома. Господи, как же сильно он по ней скучал. Вспоминая, как он вел себя в ночь перед отъездом, Лукас испытывал жгучий стыд и отвращение к самому себе. Как он мог так поступить? Она была самой прекрасной женщиной из всех, кого он знал, и он полюбил ее. Да, его любовь была так сильна, что у него щемило сердце. И сегодня вечером он непременно ей в этом признается.

Распахнув дверь, он торопливо вошел в холл. С удивлением увидев, что все обитатели дома собрались здесь, он замер на месте. Сара с окаменевшим лицом двинулась ему навстречу.

– Добрый вечер, Сара, – сказал он, радостно улыбаясь. – А где моя жена? – Он огляделся, ожидая увидеть Еву.

– Лорд Стейнтон, кое-что произошло…

Лукас взглянул на нее. Что-то здесь было не так.

У него все похолодело внутри.

– Расскажите мне.

Его улыбка исчезла, когда он слушал Сару. Однако он сохранял спокойствие. Когда она закончила, он коротко приказал одному из лакеев:

– Проследите, чтобы оседлали моего коня. По какой дороге она поехала?

– В сторону Лондона, – сообщила Сара.

Через несколько минут Лукас уже мчался по дороге в сиянии молний следом за Евой и Марком. Мысль о том, что с Евой и Эбигейл произошло что-то плохое, не давала ему покоя, и его сердце сжималось от боли.

* * *

Еву провели в уединенную столовую в частных апартаментах лорда и леди Хаттон. Они оба обернулись, когда Ева вошла в комнату. Максин лениво улыбнулась, нисколько не удивляясь ее появлению, а ее муж, нервозный немногословный мужчина, встал, вытирая салфеткой губы:

– Леди Стейнтон! Какая приятная неожиданность.

– Думаю, вы меня ждали, – откликнулась Ева, взглянув на Максин и заметив, что та насторожилась.

Лорд Хаттон неловко рассмеялся:

– Ждали? Почему? – Он непонимающе уставился на свою жену, и неожиданно в его глазах вспыхнуло подозрение. – Максин?

Максин высокомерно вскинула голову.

– Да, я знала, что вы отправитесь за нами, обнаружив пропажу ребенка, – безразлично ответила она и спокойно принялась за еду с таким видом, словно Евы не было в комнате.

Ева гневно уставилась на нее:

– Думаю, вы очень собой гордитесь. Где девочка? – резко спросила она, едва сдерживая ярость.

– Там, где и следует быть ребенку в такой час. В постели.

Ева в ужасе уставилась на нее.

– В постели? Вы хотите сказать, что уложили ее в постель и оставили одну?

Максин пожала плечами:

– А что в этом странного?

Ева была вне себя от гнева:

– Я хочу ее видеть. Хочу убедиться, что с Эбигейл все в порядке.

– Она наверняка уже заснула, – холодно ответила Максин. – Я не хочу ее беспокоить.

Лорд Хаттон, мрачно нахмурившись, смотрел на них.

– Максин, что происходит? Леди Стейнтон очень расстроена. Я думал, что она разрешила тебе забрать девочку.

Ева распрямила спину, ее лицо покрывала смертельная бледность.

– Я этого не разрешала. Муж оставил детей на мое попечение. И как вы посмели явиться и похитить Эбигейл?

– Похитить? Едва ли меня можно обвинить в похищении собственной дочери, – холодно откликнулась Максин.

– Думаю, это слово как нельзя лучше подходит, когда кто-то силой уводит ребенка, а потом требует деньги за его возвращение, – возразила Ева, сжимая ладони и с трудом сдерживаясь, чтобы не надавать пощечин этой глупой и наглой женщине.

– Максин, – резко произнес лорд Хаттон, – это правда? Что ты натворила?

Максин гневно уставилась на мужа:

– Альфред, я буду тебе очень благодарна, если ты не станешь совать свой нос в то, что тебя не касается.

– Не касается? – На его лице отразился гнев, столь непривычный для этого спокойного и неторопливого мужчины. – Думаешь, нет? Послушай меня, женщина. Теперь ты моя жена. Ты живешь в моем доме, и мне решать, что касается меня, а что нет.

– Мне не требуется разрешения, чтобы забрать собственную дочь, – огрызнулась Максин, отшвырнув салфетку, и встала из-за стола.

– Как бы то ни было, – раздраженно откликнулась Ева, – вы потеряли свои права на детей, когда бросили их. Вы бросили Эбигейл, когда она была еще младенцем. Вы не достойны быть матерью, – произнесла она сквозь зубы, не в силах скрыть свое отвращение. – Неужели вам безразлично, что сейчас происходит с Эбигейл? Господи, вы совершили ужасную вещь. Мне безумно жаль Эбигейл, которая страдает из-за вашей жадности. Вы скажете мне, где ребенок, или я пойду к хозяину гостиницы?

Лорд Хаттон подошел к ней, гневно глядя на свою жену:

– В этом нет необходимости. Я отведу вас к девочке.

– Можешь сделать это, Альфред, – прошипела Максин, – но я не позволю леди Стейнтон забрать ее.

– Еще посмотрим, – пробормотала Ева и, отвернувшись от Максин, последовала за лордом Хаттоном.

Гостиница была полна народу, повсюду стоял шум, и было так накурено, что у нее слезились глаза.

Лорд Хаттон распахнул дверь в слабо освещенную маленькую комнатку. Одеяло на постели было скомкано, как будто там кто-то лежал, но в комнате никого не оказалось. Ева стояла, в ужасе качая головой.

– Она, должно быть, очень испугалась. Куда она могла спрятаться? Я должна найти ее, – как безумная повторяла она.

– Мы обыщем гостиницу, – сказал лорд Хаттон.

Эбигейл нигде не было. Ева побежала во двор и на конюшню, расспрашивая конюхов и всех, кто попадался ей на пути. Но никто не видел девочку. Паника и ярость поднимались в ее груди, когда она бежала прочь от гостиницы. Шел дождь, и луна лишь время от времени показывалась из-за туч, освещая дорогу. Сильный ветер трепал ее волосы. Ева в отчаянии оглядывалась вокруг, пытаясь понять, куда могла пойти маленькая испуганная девочка. Заметив тропинку, ведущую к лесу, она побежала по ней, продолжая звать Эбигейл.

Она вошла в лес и отправилась в чащу. Петляя между деревьями, она натыкалась на колючие ветки, расцарапавшие ее лицо. Вокруг царила кромешная темнота. Ее охватил ледяной ужас, когда совсем недалеко послышался шум бурной реки.

– О боже, нет. Пожалуйста, не дай ей пойти этой дорогой.

Она побежала не разбирая дороги и неожиданно увидела прямо перед собой бледное, испуганное лицо маленькой девочки. Еву затопило радостное облегчение. Упав на колени перед несчастной малышкой, она прижала к себе рыдающую Эбигейл и принялась нежно успокаивать ее, осторожно откинув мокрые волосы с ее лица. Эбигейл едва могла перевести дух, захлебываясь от рыданий.

– Тише, милая. Я с тобой. Ты в безопасности. Тише…

Сердце Евы сжалось от боли за эту растерянную девочку, которую забрали из ее уютного мирка и бросили в чужом, страшном месте, одну среди незнакомых людей. Ева нежно прижимала к себе дрожащего ребенка. Вскоре рыдания утихли. Чувствуя, что река совсем близко, Ева боялась искать в темноте обратный путь в гостиницу и решила переждать ночь в лесу. Ее одежда промокла, но воздух был теплым и под деревьями оказалось сухо.

Она опустила голову, не в силах сдержать слезы. Она страшно устала и отчаянно желала, чтобы рядом был Лукас. Она хотела, чтобы он защитил ее, хотела ощутить тепло его спасительных объятий и услышать его ласковый голос.

Шум ветра и бушующей реки казался таким оглушительным, что она не слышала звук своего имени, разносившийся по ночному лесу.


Когда Лукас добрался до гостиницы, его встретил Марк. Молодой человек взволнованно мерил шагами двор, не зная, что делать. При виде Лукаса он вздохнул с облегчением:

– Слава богу, вы здесь, лорд Стейнтон.

– Где моя жена?

– Хотел бы я это знать, сэр. Насколько я понял, она отправилась искать мисс Эбигейл, которая сбежала из гостиницы неизвестно куда.

Лукас застыл на месте от ужаса, и в этот момент очередной раскат грома потряс все вокруг.

– Ее искали?

– Ах, сэр, лорд Хаттон вне себя от беспокойства. Мы вместе с другими людьми ходили в лес их искать, но не нашли.

В этот момент во дворе появился невероятно расстроенный лорд Хаттон:

– Мне ужасно жаль, лорд Стейнтон. Я не догадывался о том, что затеяла Максин. Вы должны мне поверить.

– О, я вам верю, – прорычал Лукас.

В дверях появилась Максин. При виде этой женщины Лукаса охватила жгучая ярость и кровь бросилась ему в голову. Он стремительно направился к ней и посмотрел ей прямо в глаза с такой ненавистью, что она отшатнулась. На его губах промелькнула жестокая усмешка.

– Ты бессердечная, эгоистичная, глупая стерва, – прошипел он, стоя перед своей бывшей женой. В его глазах читалось нескрываемое отвращение. Представляя, как Ева и Эбигейл бродят где-то в темноте, он чувствовал, что задыхается от боли. – После всего, что ты сделала, Максин, ты все никак не можешь успокоиться? Тебе мало того, что ты причинила мне боль, теперь ты взялась за Еву, которая заменила Софи, Эбигейл и Элис родную мать. Она отказалась заплатить тебе, и ты забрала нашу дочь, чтобы шантажировать ее. Что ж, я думаю, теперь ты довольна. Одному Богу известно, где они сейчас.

– Они не могли далеко уйти. Здесь река…

– Здесь есть река? – Лукас в ужасе уставился на нее. Отбросив со лба влажные волосы, он отшатнулся от нее. – Ева – самая смелая и великодушная женщина из всех, кого я знаю, и если с ней или с Эбигейл что-нибудь случится, клянусь, я…

– Довольно, – повысил голос лорд Хаттон. – Лорд Стейнтон, оскорбления не помогут вам вернуть жену и дочь. Хотя, видит Бог, Максин это заслужила.

Лукас уставился на него, пытаясь совладать с ужасом и яростью.

– Да, вы правы. Максин этого не стоит. А я должен отправиться на их поиски.