Ребекка покачала головой, понимая, что совершила ошибку. Лучше бы она прошлась по магазинам, купила невообразимо дорогую безделушку и пропустила встречу.

— Никак не пойму, я должно быть заболела.

Пуки закатила глаза.

— Что тебя на самом деле беспокоит? Дети?

Точно не дети. Ребекка никогда не считала отпрысков главным делом в жизни. Они просто должны быть, как большой дом, дорогая машина, фирменная одежда и муж. Няня появилась в доме даже раньше, чем молодая мама вернулась из госпиталя. Ребекка обращала мало внимания на детей, если только они не вопили, как сегодня утром, когда у нее раскалывалась голова от бесконечных мыслей.

— Нет, не дети.

— Что твой урод натворил на этот раз? — Пуки выгнула идеально выщипанную бровь.

— Дело не в Оливере, — пригубила земляничный дайкири Ребекка.

— Конечно, в нем.

— Ты ничего не слышала? — с замиранием сердца спросила Боннер.

У Пуки был нюх на грядущие скандалы, она все всегда узнавала первой. Именно поэтому Ребекка пригласила подругу на ланч. Если пошли слухи, ей хотелось бы первой об этом услышать и в корне пресечь сплетни.

— Ничего, — ответила Пуки и подняла три пальца, хотя никогда не была скаутом. — Не думаю, что разговоры могли пройти мимо меня.

Ребекка очень на это рассчитывала.

— Ты же скажешь мне, если услышишь?

— Конечно, — заверила Пуки встревожено. — А в чем дело? Узнала что-то про Адама?

Адам был мужем подруги. Лысеющий, пузатый, под сорок, юрист лучшей компании в городе. Он поддерживал уровень жизни Пуки даже на более высоком уровне, чем та привыкла с детства. Принимая во внимание, что семья подруги относилась к сливкам Хьюстона, это говорило о многом.

— Так что с тобой происходит? — спросила Пуки с усмешкой, наклоняясь к подруге. — Давай, смелее. Кто он?

Ребекка покачала головой и попыталась отмахнуться от ее приставаний. Вот бы Пуки удивилась, если бы узнала, что у подруги несколько месяцев не было мужчины, за исключением мужа. Пуки постоянно меняла сердечные привязанности, как и все в их окружении.

— Не таись, мы с тобой никогда не имели секретов друг от друга.

До чего же наивная! Каждый человек имеет секреты, а умные таятся даже от лучших друзей.

— Я тебе рассказывала о тренере по пилатесу, — изобразила обиду Пуки.

— Честно, ничего такого нет, — призналась Ребекка, чувствуя себя еще хуже.

Даже с Оливером, кроме одной ночи, когда он вел себя более чем странно. Она попыталась поскорее отделаться от ненавистных воспоминаний о занятиях любовью с мужем. Между ними ни разу не было ничего, что стоило вспоминать. Интимные отношения в их семье напоминали захват конкурирующей фирмы.

— Оливер ведет себя как-то подозрительно, — доверительно начала Ребекка, не видя вреда в признании очевидного.

Подруга выгнула брови, словно спрашивая, что еще можно сказать.

— Если это не женщина…

— Что-то связанное с работой. Думаю, все дело в этом. У мужа пунктик насчет побед.

Ребекка считала, что для Оливера погоня была сродни оргазму. Казалось, секс его не очень интересовал. Может только с ней?

Пуки прищурилась, изучая выражение лица подруги.

— Так это не мужчина? Да ладно, я уже видела у тебя подобный взгляд.

Ребекка застонала, зная, что та будет ее допытывать, пока не получит в ответ хоть что-то.

— Я думаю о Ченсе Уокере, — призналась она и приготовилась к реакции подруги.


Наконец принесли его обычный завтрак: несколько кусочков ветчины с косточкой, слегка обжаренная с двух сторон яичница, хашбрауны и тост из цельнозернового хлеба с ежевичным джемом. Ченс отодвинул фото в сторону и погладывал на него время от времени, пока ел.

Если он не ошибался, то фотография сделана одиннадцать лет назад. Кто знает насколько изменилась Дикси Боннер. Скорее всего, она выглядит еще более вызывающе.

Вспомнив о маленьком дьяволенке, каким он ее знал, Ченс покачал головой. Узнают ли они друг друга при встрече?

— Подружка? — спросила официантка и чуть сдвинулась, чтобы лучше рассмотреть снимок.

— Не дай Бог! На самом деле, она — мое новое дело. Может ты ее видела? Девушка сейчас на одиннадцать лет старше.

Лидия — коренастая женщина в возрасте — покачала головой.

— Извини, нет. Поверь, я бы не забыла, если волосы до сих пор остались того же цвета.

— У меня такое чувство, что эта штучка перепробовала всю палитру, — буркнул он, глядя на фото Дикси.

— Похоже, ты ее знаешь.

— Знал, когда ей было двенадцать, — со смешком покачал головой Ченс. — Уже тогда девчонка была сорви-головой. Я думал, что она вырастет и станет похожей на сестру.

Лидия вскинула бровь.

— Да, я встречался со старшей сестрой.

Сожаление в голосе удивило его самого. Не из-за того, что не женился на Ребекке, а потому что все так плохо закончилось.

— Первая любовь?

— Наверное. Она уехала учиться в колледж на Восток и встретила другого… — Более подходящего. — Теперь в Хьюстоне у нее трое детей и муж — преуспевающий юрист.

Лидия положила ладонь на плечо Ченсу.

— Что-то подсказывает мне, сынок, что без нее тебе лучше.

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — рассмеялся он.

— Завернуть остатки ветчины для Боригарда? — поинтересовалась официантка, убирая со стола.

— Да, пожалуйста.

Ченс сложил бумаги, включая фотографию Дикси, в конверт, допил кофе и со свертком в каждой руке направился к пикапу.

Пес расправился с горкой ветчины одним махом и с надеждой ждал продолжения.

Ченс завел машину:

— Извини, приятель, остальное на вечер.

Вытащив карту Монтаны, он смотрел на ломаную линию, которую нарисовал прошлым вечером, когда отслеживал путь Дикси.

Если дочка Боннера не доехала, он сам поедет ей навстречу. В перемещениях беглянки прослеживался определенный рисунок. Она ехала к нему, но, как он подозревал, не хотела, чтобы кто-то догадался.

Ченс нашел это достаточно забавным, учитывая, что некто точно знал ее цель и даже не поленился вломиться вломился в офис детективного агентства и стащил пленку из автоответчика. Интересно, что за сообщения оставила Дикси, и почему они так важны преследующему ее человеку.

Спросит, когда встретится с младшей Боннер.

Оставалась вероятность, что ее действительно похитили, и преступник глупо оставил восемь сообщений на телефоне частного детектива. Однако сразу возникал вопрос: почему ему? Да и какой похититель оставил бы восемь сообщений на его телефоне?

Ченс решил так: что бы не происходило, но Дикси бы не оставила подробное описание своего маршрута на его автоответчике, как и ее похитители.

Проклиная все на свете, он направился в сторону озера, а затем в город. Если Дикси продолжает передвигаться в том же духе, то, возможно, сегодня она будет там.

Выдался чудесный день — небо глубокого синего цвета, белые макушки гор ослепительно блестят на солнце.

В зеркале заднего вида Ченс заметил светлый, крытый фургон.


— Ты думаешь о Ченсе Уокере? — воскликнула Пуки, чем привлекла внимание ближайших соседей и заработала несколько хмурых взглядов. — Почему? — спросила она свистящим шепотом. — Не могла же ты увлекаться им серьезно. Выйти замуж за такого — это же социальное самоубийство!

Ребекка кивнула. Все правильно. Она даже не рассматривала такую возможность, но подруге всего не объяснишь. Ребекка думала, что Ченс останется в Хьюстоне, и позже она заведет с ним интрижку. Кто бы мог предположить, что он уедет в Монтану на сезонную работу и не вернется. И тайну разрыва никому не выдавала. Пуки всегда считала, что Ребекка порвала с Ченсом, потому что встретила Оливера — лучшую партию во всех отношениях.

Подруга не догадывалась, что именно Ченс разорвал отношения, когда догадался о нежелании Ребекки выходить за него замуж. Только Оливер обо всем знал и никогда не стеснялся напоминать. Чертов ублюдок!

Даже если бы Ченс остался в Хьюстоне, вряд ли бы он согласился на связь с замужней женщиной. Мысль об этом Ребекку жутко злила и расстраивала.

А теперь сестричка оказалась в Монтане. С Уокером?

Аппетит пропал совсем.

— С какой стати ты начала думать о Ченсе в последнее время? — настойчиво допытывалась Пуки.

— Я не думала. Просто отец уехал в Монтану. Вот и вспомнилось былое.

Ребекка надеялась, что Ченс и был тем «сукиным сыном», которого поминал Оливер. Еще он говорил про сестру.

Пуки хотела что-то ответить, но остановилась на полуслове, глядя за спину Ребекки и улыбаясь.

— Уже вернулся, — еле слышно предупредила она, и тогда Ребекка услышала позади себя шаги.

Кто-то приближался к столу.


В зеркало заднего вида Ченс следил за фургоном, который держался прямо за его машиной. Двухполосное шоссе вело вдоль озера, через дамбу на юг к Таунсенду, где располагался его офис. В это время года большая часть заведений у озера была закрыта, и движение на дороге не отличалось активностью.

Ченс притормозил, предоставляя водителю фургона возможность обогнать. Однако тот тоже притормозил и остался на той же дистанции, чем подтвердил подозрения детектива.

На северной стороне озера дорога начала петлять, и Ченс придавил педаль газа. Автомобиль сзади тоже ускорился. Его водитель прилагал все усилия, чтобы не отстать, даже проходил опасные повороты на слишком высокой скорости. Сомнений не осталось.

К счастью, этим утром на шоссе почти не было машин. Как только Ченс добрался до поворота, за которым по обе стороны дороги имелись глубокие дренажные канавы, он резко затормозил, блокируя пикапом обе полосы.

Фургон вылетел из-за поворота на приличной скорости. Водитель ударил по тормозам, но понял, что на заснеженном полотне не получится остановиться до удара, направил автомобиль в кювет.

Ченс припарковал пикап у обочины, подхватил ружье с заднего сидения и спрыгнул в заснеженную канаву возле водительской двери фургона. Он направил оружие в лицо незнакомца и спросил:

— Какого черта ты меня преследуешь?

— Спокойнее! — воскликнул мужчина и поднял руки. — Я такой же частный детектив, как ты.

На техасский акцент водителя Ченс только беззвучно выругался.

— Кто ты?

— В пиджаке у меня…

— Не двигайся! — Ченс достал из карманов незнакомца девятимиллиметровый пистолет и портмоне. Он размахнулся и перебросил через крышу фургона оружие, которое утонуло в глубоком снегу. Водительские права подсказали, что перед ним мистер Джеймисон, частный детектив из Техаса. — Кто тебя нанял? — задал Ченс еще один вопрос, хотя ответ он уже знал.

— Боннер. Боригард Боннер.

— Для чего? Следить за мной?

— Найти его дочь и вернуть в Техас.

Ченс все еще держал противника под прицелом.

— И какое отношение это имеет ко мне?

— Боннер сказал, что она может выйти с тобой на связь.

Вот в чем дело. Боригард делает ставки на всех лошадей. Подрядил его, Ченса, в уверенности, что Дикси к нему придет, но сомневается, что дочку уговорят приехать в Техас. Интересно, почему?

— Так это ты вломился в мой офис и украл магнитную ленту из автоответчика? — обвинил Ченс коллегу.

Мужчина выглядел искренне удивленным.

— Нет, я же говорю, надеялся, что ты приведешь меня к мисс Боннер. И это все.

— Поднимай штанины, — приказал Ченс. — Посетивший без разрешения мой офис поцарапал ногу о письменный стол.

Джеймисон без особой радости задрал сначала одну брючину, затем другую. Никаких отметин, что именно этот человек задел железку.

— Выходи.

Южанин глянул на глубокий снег, затем на ружье Ченса.

— Я не врывался в твой офис. Нет никаких причин…

— Живо! — скомандовал Ченс и посторонился, чтобы техасец выбрался из фургона.

Джеймисон осторожно встал на снег. Он был в мокасинах. Хорошо хоть догадался надеть длинную теплую куртку.

Быстро его обыскав и не найдя другого оружия, Ченс приказал мужчине отойти от фургона метров на десять к деревьям, и, как только тот повернулся спиной, выкинул ключи в снег и осмотрел машину.

Никаких кассет с магнитной лентой, но остальные вещи повергли Ченса в шок. Сзади находилось все необходимое, чтобы связать женщину по рукам и ногам и доставить ее в Техас.

Уокер чувствовал себя не лучшим образом, отъезжая от матерящегося Джеймисона. Ублюдок Боннер забыл предупредить, что поручил дело еще одному частному детективу и послал его вернуть Дикси домой любым способом.

Ченс договаривался с нанимателем только о том, чтобы найти Дикси. И точка!

В любом другом случае Уокер бы тут же разорвал отношения с клиентом. Но после увиденного в фургоне Джеймисона, он испугался за Дикси Боннер и решил найти ее первым.