Глава 9 Шоколадное предложение


На следующий день после возвращения из Египта, Полевой торопился на встречу, но движение в Москве не позволяло куда-либо добраться вовремя. Огромная пробка и черепашья скорость продвижения высвободили его время. Он сделал десяток звонков партнерам, успел решить некоторые рабочие проблемы. Тем временем его машина неспешно ехала по Тверской. Полевой вертел в руках свой мобильный. Его новый телефон был настолько малюсеньким, что утопал в ладони Игоря. «Вот японцы, умельцы какие!» – восторгался он. – «Такой малыш, а столько умеет! Только кофе не варит!» Он любил быть продвинутым юзером всего высокотехнологичного, никогда не жалел денег на стильные мужские игрушки. Он решил позвонить Алисе. Он не знал, о чем будет с ней говорить, ему хотелось услышать ее голос:

– Привет, – поздоровался он, – можешь сейчас говорить?

– Привет. Могу и говорю. Как твои дела? – вежливо поинтересовалась она.

– Знаешь, мне очень плохо.

– Ты заболел? – встревожилась она.

– Алиса, я не могу без тебя, я болен тобой, я хочу, чтобы ты была рядом со мной каждую минуту, – кричал Полевой в маленькую коробочку своего телефона. Он услышал ее вздох.

– Игорь, мне было хорошо с тобой. Там, на твоей яхте, это был просто сон, а снам свойственно заканчиваться, – совершенно практично ответила Алиса. – Пойми, я должна остаться с ним. Ты очень милый и забавный, но Вадим так страдает. Я не могу его оставить.

– Кто такой Вадим? – оторопел Полевой. Он поймал себя на том, что перед глазами у него была вальсирующая пара: его жена Наташа и лучший друг Вадим Кульник. Нет, в конце концов, Кульник – не единственный Вадим на земле.

– Вадим – это человек, который для меня много значит, – просто ответила Алиса.

– Кто он такой? – переспросил Игорь.

– Он – человек творческий, он – художник. Он очень раним, и он очень нуждается во мне.

– Алиса, ну а я? Что я должен сделать? Вскрыть вены или бросится с моста, чтобы ты поверила мне, что я тоже не могу жить без тебя? Алиса, я очень хочу, чтобы ты была со мной!

– Игорь, ты говоришь глупости! Все это несерьезно.

– Ты же сама сказала, что я забавный. Вот я и стараюсь, – в сердцах ответил олигарх. – Но, видно, у меня плохо получается, раз ты мне не веришь. Веселить публику – это не мое амплуа, детей должны смешить клоуны. А я очень серьезный человек, я занимаюсь политикой. Алис, я не шучу. Я готов врезаться на машине в фонарный столб, чтобы ты поверила, что я действительно страдаю.

Она молчала.

– Алиса, давай жить вместе. Уходи от него, оставь своего Вадима, кем бы он ни был, – предложил Полевой и, затаив дыхание, стал ждать ответа.

Она рассмеялась.

– Ну, я же говорила, ты такой смешной. Вроде такой взрослый дяденька, а рассуждаешь совсем как ребенок.

Он набрал воздуха, чтобы что-то сказать, но она продолжала:

– Игорек, ты – мечтатель, ты постоянно строишь множество планов и воздушных замков, поэтому тебе не будет больно, если какая-нибудь из этих бесчисленных конструкций не выдержит и рухнет. Я сейчас смеюсь, но на самом деле я очень беспокоюсь…

– За меня? – с надеждой спросил он.

– Нет, за него. Ты можешь только рассуждать и делать логические выводы, а он еще может чувствовать.

– Это хорошо или плохо?

– Иногда я просто боюсь, что если он узнает, что я ему изменила, он убьет меня. А потом тебя. Или наоборот.

– Алиса, так дольше не может продолжаться, – твердо сказал Полевой. – Мы должны быть вместе, тогда мы будем в безопасности. У меня есть личная охрана, он не сможет причинить вред ни тебе, ни мне. Алиса, нам с тобой необходимо встретиться и обо всем поговорить. Немедленно.

– Извини, я не могу сейчас говорить. Он идет сюда. Я тебе перезвоню.

Игорь услышал короткие гудки. Он смотрел на улицу, на спешащих по ней людей, на толпящиеся в пробке автомобили и внезапно ощутил себя бесконечно одиноким в этом чужом и враждебном мире. Какая-то неподъемная ноша взгромоздилась на его могучие плечи. Он почувствовал, как все одиночество мира свалилось на него. Внезапно ему стало смертельно холодно, несмотря на исправный климат-контроль его автомобиля. Этот холод пронизывал его до костей и был поистине невыносим.

– Давай заедем в «Пушкин», – попросил Полевой водителя. Ему нестерпимо хотелось выпить горячего шоколада.

Глава 10 Ныряй, пока молодой


В детстве Игорю Полевому никто ни в чем не отказывал. Он рос в благополучной семье, имел все, о чем мечтает любой мальчишка: велосипед и много друзей. Друзья часто бывали в его доме, потому что в столовой в красивой вазочке их всегда ждали шоколадные конфеты. Детские годы Игоря были полны беззаботности и развлечений. Его старший брат, Сергей, прилежно учился и почти все время просиживал дома за книжками, а Игорек предпочитал активный образ жизни. В любое время года он носился с друзьями по двору, играл в футбол или еще во что-нибудь. Летом, когда мальчишки жили на даче, Игорь Полевой плавал в речке и, начитавшись книг Жюля Верна о подводном мире, нырял в поисках сокровищ. Его завораживали рассказы о том, сколько тайн скрывается от людей на морских глубинах. Маленький мальчик часто представлял себя отважным моряком, капитаном корабля, но иногда его симпатии склонялись на сторону бесстрашных пиратов, которым самое глубокое море всегда было по колено. Игорь мечтал увидеть море, и когда, в возрасте десяти лет, он с родителями и братом отправился в отпуск в Крым, радости его не было предела. Теплое и ласковое Черное море каждый день этих счастливых каникул преподносило любопытному Игорьку разные сюрпризы. Обитатели подводного царства, которых с упорством и любознательностью, достойными Кусто, выслеживал Полевой-младший, увлекали его все дальше и дальше в неизведанный мир. Родители стали вывозить мальчиков к морю каждый год. Игорь всегда с удовольствием плавал с маской, наблюдая за необычной жизнью под водой. Чуть позже в жизнь Игоря ворвались рэки, рифы и каньоны Красного моря, много рыб и невиданных морских животных, красивых и разных. В свои восемнадцать Полевой уже не мог себе представить, как можно проводить отпуск, лежа на берегу и смотря на море. Он из обыкновенного туриста, отдыхающего на морском побережье и передвигающегося по водной глади на матрасе, превратился в опытного дайвера, человека, который не мыслит свою жизнь без моря, скубы и многих метров воды над головой.

Когда юношеская романтика немного поутихла в душе Полевого, и появились различные обязательства типа защиты кандидатской диссертации, начала собственного небольшого бизнеса, а потом и семьи, времени для дайвинга становилось все меньше. Но он никогда не исключал свое хобби из насыщенного расписания своей взрослой жизни. Дайвинг для Игоря был очередной степенью свободы, к которой он всю жизнь так стремился. На земле он любил мчаться на своем авто, утопив в полу педаль газа, зимой любил скользить по льду на коньках. Он любил отрываться от земли, часто поднимался в воздух: обожал параплан и затяжные прыжки с парашютом. Все эти развлечения доставляли ему острое удовольствие, обеспечивали выброс адреналина и отлично снимали усталость. Но без свободного парения вдоль кораллового атолла на глубине пятидесяти-шестидесяти метров с бездной над головой, под ногами и по одну руку, находясь на суше, Игорь испытывал почти физическую ломку. Вот почему перерывы между дайвами у него были максимально сокращены. Тяга к погружению, шутил он, сродни наркомании: чем больше погружаешься – тем больше затягивает.

Он часто любил повторять милую его сердцу крылатую фразу, написанную на футболках членов одного из клубов подводного плавания «Dive now – work later». Когда окружающие его люди начинали бесить или хоть немного раздражать, Полевой немедленно сбегал к морю. Просто звонил в Лондон капитану своей белоснежной яхты «Bandido» и вылетал в Хургаду или, как он называл постоянное место тусовок ныряльщиков, Красноморск. Он всегда спасался от переизбытка негативных эмоций ежедневной бизнес-действительности под водой. Каждое погружение ему казалось путешествием на другую планету с совершенно другими законами и обитателями, не говоря уже про абсолютно неземные пейзажи подводного царства. Безумно красивый и совершенный до безупречности мир, в котором господствуют дельфины, хвостоколы и кораллы, восхищал Полевого. Он ловил кайф от азотного опьянения, когда для ответа на элементарный вопрос «два плюс два?» взрослому человеку требуется несколько минут. Это появляющееся второе «я», которому не нужны слова, которое понимает своего бади-партнера по нескольким жестам, всегда помогало ему в бизнесе. Он чутко чувствовал причинно-следственные связи между событиями и поступками людей. Так было всегда, кроме тех минут и часов, которые он проводил с Алисой. Эта загадочная женщина сводила его с ума. После трех дней на яхте, они лишь однажды увиделись в Москве. Он пригласил ее поужинать в одном из самых фешенебельных ресторанов столицы, но она отказалась. Она сумела найти возможность лишь выпить с ним чашку кофе. То есть Полевой пил шоколад, а Алиса – эспрессо без сахара. Она пропадала и появлялась, а Игорь набирался терпения и ждал.

В тот день она позвонила сама.

– Здравствуй, Игорь!

– Алиса, я хочу увидеть тебя, я хочу слышать твой голос, – словно в лихорадке затараторил он.

– Хорошо, давай встретимся завтра и пообедаем вместе.

– Алиса, я задыхаюсь без тебя. Почему мы не можем встретиться сегодня? Почему мы должны ждать до завтра?

– Потому что сегодня мы с Вадимом идем на джазовый фестиваль, он без ума от джаза. Я обещала, что пойду с ним.

– Если ты сегодня не встретишься со мной, я сам приду к тебе. И мне плевать на твоего Вадима.

– Игорь, успокойся, ты совсем измучен.

– Я уже несколько ночей не сплю. Я думаю о тебе, я жду, когда я увижу тебя. Я жду тебя по вечерам, я жду тебя днем. Пойми, я целыми ночами не нахожу себе места, когда я представляю тебя, спящую рядом с ним!

– Не дави на меня. Я так не могу. Мне надо побыть одной, подумать. Я тебе потом позвоню.

И снова он остался один. Ему почудилось, что он словно в наушниках, где звучала тишина.

Это было выше его сил.

– Дмитрий, – вызвал он своего помощника. – Сегодня где-то состоится джазовый концерт, я хотел бы туда попасть.

– Нет проблем, – ответил безотказный Головин. – Я сейчас все разузнаю и сообщу Вам. Вы хотите туда пойти? Я скажу ребятам, что сегодня продленный рабочий день.

«Нет, я должен поехать один, без охраны, иначе это все вообще грозит превратиться в фарс», – подумал Полевой.

– Да, я пойду, но один, – ответил он.

Головин пожал плечами и вышел из кабинета босса.

Узнав о времени начала выступления какой-то очень популярной джазовой исполнительницы, имя которой он сегодня услышал впервые, Игорь заскочил домой переодеться. Он не хотел, чтобы Алиса его заметила, это было бы слишком унизительно. Если они столкнутся, ему, наверное, придется драться с ее ухажером, каким-то мифическим Вадимом.

Полевой припарковал Форд, взятый у Головина для отвода глаз, неподалеку у входа в парк. От грохота музыки дрожал и воздух, и земля под его ногами. Похоже, концерт уже начался. Игорь старался протиснуться поближе к сцене. Это было совсем непросто, потому что зрителей было несколько тысяч. На огромной, залитой светом сцене, потрясая своими инструментами, скакала какая-то группа. Зрелище было диковатым. «Можно подумать, что они призывают к восстанию. Надо бы запомнить название коллектива. Можно будет пригласить их для предвыборной агитации, вся молодежь тогда точно будет голосовать за меня», – усмехнулся про себя Полевой. Первые ряды зрителей орали, размахивали руками и скакали вместе с артистами, но Игорь не замечал безумств толпы. Он тщательно вглядывался в разгоряченные пивом лица в поиске той единственной женщины, ради которой он, без пяти минут парламентарий, один, без охраны, рисковал жизнью. Уже в течение первых минут, оглохнув от звуков музыки, Игорь решил побродить по парку и успокоиться. «В конце концов, даже очень хорошо, что я ее не нашел, – говорил он сам с собой. – Иначе мне пришлось бы оправдываться, а это выглядело бы ужасно глупо». Сам того не заметив, он ушел в дальний конец парка. Остановиться его заставила необыкновенно красивая мелодия, зазвучавшая со сцены. Он не мог разобрать слов. Он слышал лишь заполняющий все вокруг чарующий глубокий женский голос. Та самая известная джазовая исполнительница, имя которой назвал ему Дмитрий Головин, пела лиричную и грустную песню на непонятном ему языке, но Полевой был уверен, что эта песня о любви. Игорь прислонился к дереву и слушал музыку. Перед глазами у него была Алиса, такая ласковая, как и льющаяся песня. Он признался себе, что много отдал бы сейчас, чтобы оказаться рядом с ней, чтобы сидеть с ней на траве и тихонько гладить ее непокорные вьющиеся волосы, нежно целовать ее удивительные глаза, в которых бы отражались появляющиеся на небе звезды.