– Если… ты действительно этого хочешь… – зажмурившись, бормочу я, сглатывая ком в горле. – Если ты так настаиваешь, то… то пусть будет по-твоему.

Смотрю на Иден – самую классную девушку на свете. Разве возможно забыть это лето? Как я смогу делать вид, что между нами ничего не было? Я должен ее отпустить, хотя не знаю, как жить без нее. Любуюсь ее пухлыми губами, которые с самого начали вызывали у меня слабость в коленях, и непроизвольно придвигаюсь ближе. Сгораю от желания поцеловать ее.

Неожиданно Иден перелезает через переключатель передач и устраивается у меня на коленях. Обнимает меня за шею и, глядя мне в глаза, приникает к моим губам.

Раз уж это – наш прощальный поцелуй, надо сделать его незабываемым. Беру Иден за талию и сильно-сильно прижимаю к себе. Действую очень медленно, наслаждаясь каждым мгновением. Закрываю глаза и стараюсь навсегда запомнить, каково это – целовать Иден. Я был бы счастлив провести так с ней весь день, и она, должно быть, тоже. Иден обхватывает мое лицо ладонями и, пальчиками поглаживая мой подбородок, нежно и бережно целует меня в ответ, словно наш поцелуй – что-то хрупкое и сакральное. Впрочем, так оно и есть. И все-таки он не может длиться вечно.

Собравшись с силами, отстраняюсь от Иден, и из моей груди вырывается стон. Ресницы у меня все еще опущены. Чувствую, что Иден вновь наклоняется ко мне. Ощущаю ее горячее дыхание. На несколько мгновений мы застываем в таком положении. Как же приятно просто сидеть с ней в обнимку…

– Брат и сестра, – шепчет Иден мне на ухо. – И ничего больше.

– Ничего больше, – повторяю я, опустив голову.

Иден перебирается обратно на пассажирское сиденье. Меня так и тянет вновь поцеловать ее, дотронуться до ее теплой кожи, сказать Иден, что люблю ее. Но я не нахожу нужных слов. Все кончено. Ничего уже не изменить.

Иден открывает дверцу машины, и шум дождя становится громче. Кажется, ливень усилился. Я так убит и подавлен, что не могу смотреть на Иден. Вцепившись в руль, отворачиваюсь к окну. Секунду спустя слышится стук дверцы. Когда я оглядываюсь, Иден уже бежит по лужайке к дому, и мою грудь заполняет боль. Чтобы не травить душу, пристегиваю ремень безопасности и выруливаю на дорогу. Мне хочется до упора вжать педаль газа и поскорее убраться отсюда, но из-за дождя приходится тащиться с черепашьей скоростью. Стиснув руль так, что побелели костяшки пальцев, кидаю взгляд в боковое зеркало и сразу жалею об этом: сзади все еще видна расплывчатая из-за дождя фигурка Иден. Она становится все меньше и меньше, и вскоре исчезает совсем.

Не сдерживаю рыданий. Слезы застилают мне глаза, губы дрожат. Прерывисто дышу и одной рукой нервно ерошу волосы. Моя жизнь развалилась на кусочки. Я еще не оправился от детской травмы, нанесенной отцом, а теперь судьба нанесла мне новый, сокрушительный удар. Мне так плохо и одиноко… Есть только один человек, который всегда меня понимает и поддерживает: мама.

Впервые за эту неделю еду домой, продираясь сквозь неистовый ливень и борясь со слезами. Я потерял Иден. Она единственная искренне переживала за меня и в любой момент была готова выслушать. Помогла поверить, что я могу все изменить. Ради нее я хотел стать лучше. Постепенно все налаживалось. А теперь Иден со мной нет. Тогда зачем все это? Я словно опять вернулся туда, откуда начинал: в моей жизни снова нет никаких целей, никаких ориентиров, никакого смысла.

Мамин «Рендж Ровер» припаркован у дома. Быстро ставлю машину и выхожу под дождь. Струи обрушиваются мне на голову, заливают лицо. Прищурившись, смотрю на свой дом и прерывисто вздыхаю. Мне так нужна мама!

Подбегаю к входу, и тут дверь распахивается. На пороге стоит мама. Наверное, она видела в окно, как я подъехал. Хотя в глазах все расплывается от слез, замечаю, что мама смотрит на меня с теплом и любовью. Она так много для меня значит! Все это время, пока я сам себе ломал судьбу, мама пыталась меня спасти и защитить. И сейчас я очень нуждаюсь в том, чтобы она меня утешила и уверила, что все будет хорошо.

– Тайлер, – шепчет мама, и я падаю в ее объятия. С меня стекает вода, и мамина одежда быстро промокает.

– Мама, – всхлипываю я, уткнувшись ей в плечо, и захлебываюсь рыданиями. Зажмурившись, держусь за нее, как за спасательный круг. Меня трясет, трудно дышать, сердце отчаянно колотится, в коленях слабость. Мама прижимает меня к себе. Она тоже плачет. – Прости. Мне так жаль, – с трудом бормочу я.

Жаль, что подвел ее. Что наделал столько ошибок. Что не могу быть с Иден. Так жаль…

И в этот момент я сам себе даю слово: я исправлюсь. Ради друзей. Ради братьев. Ради мамы. Ради Иден.

Я стану лучше.

Благодарности

Спасибо, мои дорогие читатели, за то, что продолжаете следить за судьбой Иден и Тайлера и дарите мне вдохновение. Ваша поддержка очень много для меня значит!

Спасибо замечательному коллективу издательства «Блэк-энд-Уайт Паблишинг». С вами очень приятно работать, и я благодарна каждому из вас. Спасибо за то, что вы с таким энтузиазмом восприняли мою идею написать историю Тайлера.

Спасибо Эмме Ферриер. Она всегда была моей единомышленницей в писательском деле и каждый раз, когда я делюсь с ней своими мыслями, терпеливо меня выслушивает. Также спасибо Рейчел Лэм, Оливии Мэтьюз, Милли Шиммин и Джесс Кук за вашу неизменную поддержку.

И еще спасибо моим родителям. Я очень благодарна за то, что вы помогаете мне воплотить мечту в жизнь. Я вас очень люблю!